Больше всего это помещение напоминало больницу. Обычное отделение какой-нибудь частной клиники – чисто, ослепляюще-бело, дорого. Вперед устремлялся просторный коридор с бегущей эскалаторной лентой на полу, сверкающими отполированным металлом поручнями на стенах, широкими остекленными дверями тяни-толкай в палаты. Вот только в палатах этих было темно. Да и вообще, складывалось впечатление, что там живых людей вообще не было. Если бы из-за угла выкатил какой-нибудь робот с тележкой, я бы не удивился.
– Смотри! – закричала Алена, тыча в картинку с тыловой камеры.
Люди там все же были. Сзади, возле лифта, топталось с десяток охранников. Одни, опустившись на четвереньки, заглядывали под саркофаг, другие крутили головами в коридоре, осматривая углы под потолком, третьи что-то бубнили в рации и активно жестикулировали.
– Нас ищут, – с удивившим самого себя спокойствием сказал я. – В лифте наверняка камера была. Теперь ищут ту хреновину, которая стояла на саркофаге.
– Нашли, – не менее спокойно сказала Аля и закрыла глаза, наверное не в силах смотреть, как охранники один за другим поворачиваются в нашу строну и, выхватывая что-то похожее на оружие, бегут по коридору.
Плюнув на осторожность, я на максимальной скорости погнал коптер по коридору. Понятно, что аппарат мы уже потеряли. Мне хотелось напоследок снять как можно больше. Желательно было найти открытую палату, а там, чем черт не шутит, может и открытое окно попадется.
Словно угадав мои чаянья, на шум в коридоре начали выглядывать из палат сотрудники в белых комбинезонах. Большинство тут же пряталось обратно, но головы особо любопытных так и торчали в дверях.
С трудом вписавшись в поворот, дрон юркнул за угол и полетел вдоль коридора-близнеца предыдущего, затем – еще одного. За очередным поворотом нас ждали глухие металлические двери во всю ширину прохода с огромной надписью «Стерильно! Не входить без спецодежды и санобработки!». Перед дверями стояла женщина в похожем на скафандр белом костюме, наголовник которого был откинут назад, во всей красе демонстрируя идеальную, прекрасную и до колик в животе знакомую мне голову. Женщина стояла не шевелясь, широко расставив ноги, и смотрела прямо в объектив камеры летящего на нее дрона.
– Чтоб тебя! И эта тут!
– Ты ее знаешь?
– Знаю, – прошипел я, борясь с искушением вонзить коптер прямо в эту безупречно-прекрасную физиономию.
– Она?! – догадалась Аля и впилась взглядом в лицо моей бывшей жены. – Красивая, сволочь. Тоже думаешь, чтобы дроном в нее долбануть?
Я невольно усмехнулся, но все же поборол соблазн, развернул коптер над головой Ленки и пустил его обратно.
– Вон! – Алена пальцем показала в направлении прямо по курсу на одну из палат, в полуоткрытых дверях которой стояли сразу трое. Над ними, взъерошив прически ветром от винтов машины, я и провел дрон.
Первым впечатлением было разочарование. В мельтешении пикселей черно-белой картинки мне показалось, что под мечущимся коптером лежали те же пухлые тела в чанах, что и в подвале. Выходило, что я рисковал напрасно и только ради кадров, которые у нас уже были. Но потом мы увидели и кое-что новое. В той палате тела лежали попарно и не в кюветах с темной жидкостью, а в саркофагах. Рядом с бесформенной, мало напоминающей человека, голой тушей лежали обыкновенные мужчины и женщины в одноразовых медицинских рубашках до пят. Голова каждого была накрыта похожим на ведро колпаком, толстый кабель от которого шел к такому же колпаку на туше.
Внезапно картинка на экране перевернулась, дернулась, на мгновение мы увидели мелькающие ноги, а затем сигнал от дрона пропал.
– Ну все, – констатировал я. – Прилетели.
– Что делали те люди? – сдавленно спросила Алена. – Почему они лежали рядом с этими, ну, с другими людьми?
– Не знаю, – честно сказал я. Догадки у меня, конечно, были, но делиться ими я пока был не готов. – Надо выбираться.
– Поехали, – как-то уж слишком безучастно сказала она. – Сейчас бы напиться! Все равно заснуть не смогу.
– Надо ехать в Ростов. Сейчас.
Неожиданно Алена выдавила из себя странный звук, что-то среднее между сиплым вздохом и сдавленным криком ужаса. Ее и без того огромные глаза расширились и немигающим взглядом вперились в левый нижний угол экрана ноутбука у нее на коленях.
– Что?! – всполошился я.
– Он не мигает, – прошептала Аля.
– Не мигает? – попытался удивиться я, вернее я попытался изобразить удивление. Индикатор записи не мигал практически с самого начала операции. Я не видел, специально или случайно она нажала клавишу остановки записи, но факт оставался фактом. Запись на жесткий диск ноутбука не велась. Зато она велась в облачное хранилище и сейчас хранилась на каком-то южноафриканском сервере.
– Значок этот! Не мигает!
Я не стал ее успокаивать, на всякий случай. Были у меня смутные подозрения, да и без них за такую ошибку, даже если она не преднамеренная, должны быть последствия.
– Ну что ж, – я пожал плечами. – Значит, начнем с начала.
Алена вопросительно посмотрела на меня.
– Опять дрон?
– Нет, моя радость. Я никогда не хожу одними и теми же путями.
– И что же мы будем делать?
