Глянув на одного из них, я обомлел. По спине пополз липкий холодок. Ко мне медленно приближался мой краснодарский знакомец, которого я насадил затылком на крюк в подъезде Ленкиного дома. Живехонек! Конечно, была вероятность существования у него близнеца, занятого тем же делом и работающего в той же конторе, но я был уверен, что это один и тот же человек. А это порождало уже массу вопросов и вытекающих из них проблем. Даже если бы он просто выжил после такой травмы, то сейчас бы лежал под капельницей в реанимации, а не бегал по ночным дворам в Брюховецкой. Но кое-что все же успокаивало, одним грехом на душе стало меньше.
Но не только я удивился встрече. Приглядевшись, покойничек даже с шага сбился и подло юркнул за спину своего более рослого и плечистого напарника. Меня он явно не ожидал встретить и в тот момент явно паниковал, не зная, что предпринять.
– Стой, дурак! Давай хоть сейчас без фокусов! – визгливо заорал он, по ветру пуская пылью остатки моих сомнений. Тот самый, это точно был тот самый. – С тобой просто хотят поговорить. Девчонку не тронут. У нас приказ взять тебя живым и невредимым. И все!
– Кто хочет поговорить? – Мне действительно было интересно.
– Не имею права говорить. Да ты же не дурак! Сам знаешь, как работает система. У меня приказ. Я исполнитель!
– Исполнитель, говоришь? Тогда откуда знаешь, что со мной хотят просто поговорить? – не без иронии спросил я.
В его отведенной назад руке блеснуло что-то матово-вороненое. Екнувшее при виде пистолета сердце бешено заколотилось, но потом оживший мертвец сделал очередной осторожный шаг вперед и оказавшись в полосе света из дверей подъезда. Оружие оказалось электрошокером, стреляющим электродом на проволоке. Это дрянь не менее грозная, но все ж не пистолет. Выходило, что не врал супостат, убивать нас не хотели, на убийство с электрошокером не идут. Я это воспринял как шанс. Правда и в сказки про разговоры по душам мне не верилось. Если руководство этих ребят чего и хотело, то разве что допроса с пристрастием.
– Ты же профи, понимать должен. Мы вас пасли все эти дни, хотели бы завалить, то давно завалили бы. Прямо на пороге этого подъезда.
Покойничек явно заговаривал мне уши, подходя на дистанцию стрельбы зарядом электрошокера. При промахе ему придется или отступать, или вступать в прямой контакт со мной, чего он явно не хотел. К тому же он сильно боялся меня и даже не пытался скрыть страх, трясясь мелким ознобом как в лихорадке. Знал бы он, что и у меня поджилки тряслись не меньше при виде него! Хотя я и был уверен, что это тот же человек из Краснодара, но тем не менее неосознанно раз за разом вглядывался в его лицо, безуспешно пытаясь найти отличия. Черт! Да что же это за КУБ такой? Чем они там занимаются? Клонируют со скоростью звука? Но это невозможно. Человек не огурец, его за неделю в пробирке не вырастишь. Да и огурец не вырастишь. К тому же, у этого «клона» была память «оригинала», что тоже не вписывалось в идеальную картину клонирования.
– Врешь, – с усмешкой сказал я. – Ты даже не узнал меня, пока не подошел. Если бы вы знали, что здесь окажусь я, то вместо вас двоих прислали бы армию.
– Не льсти себе, – нервно хихикнув, выдавил из себя оживший труп.
Я пробежал глазами по темным окнам микрорайона, но перепуганные дома словно вымерли, свет погас даже в тех редких квартирах, где горел всего минуту назад. Хотя наверняка уже давно никто не спал, все притаились и наблюдали за нами из-за штор и снимали на мобильники. Лучшей помощи в такой ситуации и придумать было нельзя. Даже если для нас с Алей все закончится не очень хорошо, завтра же в сеть выложат десятки роликов с расправой над нами, что будет не на пользу КУБу. Но мне все же хотелось, что это были ролики нашего благополучного побега.
Я взял Алену за руку и привлек к себе. Затем чуть отступил на полшага правой ногой, чтобы иметь надежную опору.
– Почему же не польстить. Размазал я тебя один раз, в Краснодаре, размажу и еще раз, в Брюховецкой. Но в любом случае счет пока в мою пользу. И я намерен его увеличить. Да и тебе не привыкать с того света возвращаться.
Покойничка будто судорогой свело, наверное от неприятных воспоминаний.
– Короче! Хватит базарить! – заверезжал он. – Короче! Руки за голову и на колени. Короче! Все перекрыто. Отступать некуда. Короче! На колени!!!
