Он старался не думать обо всём этом, чтобы ненароком не стать ещё большим предателем, чем был! Но теперь-то, теперь-то он может думать о чём угодно. И Страшилла ни о чём не узнает!
Дик помчался дальше, ещё быстрее, ещё! Сколько же времени он потерял! И как прекрасен этот день, свободный день, до которого он и не мечтал дожить. Всё-таки надо будет сказать спасибо девочкам, которые освободили его. И простить Юте оторванный хвост. Не сразу, наверное. Когда-нибудь.
И если ей понадобится помощь, то он выручит её.
Дик снова остановился. Прислушался. Принюхался. Чаронит теперь был помощником, а не обузой. Благодаря камню Дик чётче чуял запахи, слышал звуки, лучше ориентировался в пространстве. Камень создал в его голове карту всего Камнесада.
Дик знал, куда бежит. Ему надо в Призрачный замок, в кабинет злобной тётки. Сейчас там нет когтявра, а это очень даже хорошо. Не то чтобы крыс его боялся, но зверюга могла бы стать досадной помехой. А нужно было хорошенько исследовать кабинет Корини. Где-то там у неё должна быть спрятана записка.
Юта сказала, что накануне исчезновения Эльда получила анонимную записку с предупреждением. Всё, что нужно, – это просто принюхаться к ней. И тогда Дик будет знать, кто её написал. У него ведь прекрасная память на запахи. Он узнает, кто это. И кое-что встанет на свои места. Эта записка – тот самый след, по которому Дик пойдёт, как ищейка, и найдёт свою девочку. И всё ей объяснит. И больше никогда-никогда не бросит!
Дик добрался до кабинета чары Корини. Ему даже не нужно было дожидаться, пока кто-нибудь откроет дверь. Самое сложное всегда – это переход через чаропорт. Но за долгое время практики он так ловко научился становиться незаметным, что даже переход между замками не был для него значительным препятствием.
В кабинете злобной тётки (а Дик намеревался так называть эту женщину до конца времён, хоть Эльда вроде как с ней помирилась) стоял запах, который Дик сразу узнал.
Пахло вином. Тем самым вином, которым он заглушал сознание, чтобы не попасться в лапы Страшилле.
Дика слегка затошнило. Никогда больше он не возьмёт в рот ни капли.
Фу-фу-фу.
Он почувствовал, что запах доносится из книжного шкафа. Пффф. От книг так пахнуть не должно. Значит, там у неё не книги. Значит, там она теперь держит бутылки.
Очень интересно.
Но вино – это не то, что ему нужно. Ему нужна записка.
Он забрался на стол.
Звустрица. Не интересно. Молчит.
Отчёты. Учебные программы. От одной пахнет духами чары Линн. Сразу захотелось чихнуть.
Плетение миров.
Ещё одна папка с растрёпанными листами. Запах чего-то лекарственного, смутно знакомый, он его не сразу узнал. Какие-то травки… Кстати, так же пахло от чары Бройс. Она чем-то больна?
Если так, то почему бы ей не полечиться у целителей? Этот запах Дик уже встречал, когда засовывал свой любопытный нос в корзинки лекарей. Травки, настойки, да-да, лекарственные. Этими зельями лечили получаров. А тут – чара Бройс. Странно.
Везде чувствовалось недавнее присутствие когтявра. При воспоминании о Мороке шерсть на загривке Дика приподнялась. Мерзкий зверь. Чуть не поймал его однажды в парке. Дик, конечно, ничего не сказал Эльде. Она бы стала волноваться, а у неё много других поводов для волнений. С такой-то тёткой. Да и вообще! Позорно быть пойманным тупым кровожадным зверем.
Дик подумал было, что Мороку досталось по заслугам, когда Юта отдала его Страшилле, но потом крысу стало неловко. Никто не заслуживает того, чтобы попасться в лапы монстры. Что она с ним сделает?
Лучше не думать.
Искать.
Раздался звон колокола. Кажется, сейчас будет обед. В животе у крыса заурчало. В последнее время он мало ел. Вместо этого он пил и лежал в забытьи. Но теперь-то он всё наверстает. При мысли о кухонных кладовых у Дика засосало под ложечкой. Надо туда заглянуть. Заодно проверить, как поживает старая знакомая – Хуга. Она всегда была добра к Эльде, поэтому Дик её никогда не обижал.
Что это?
Кто-то идёт. Надо спрятаться.
Судя по походке, сама злобная тётка. Дик давно её не видел и был поражён переменами в её внешности. Она осунулась и похудела, под глазами залегли круги, все черты заострились. Одежда висела на ней мешком.
– Вы пойдёте обедать, чара Червон? – спросил кто-то из коридора.
– Нет, у меня сейчас встреча, поем потом.
– Может быть, попросить принести вам обед сюда?
– Нет, не надо. Я поем позже.
Она закрыла дверь перед носом у собеседницы. Резко выдохнула.
Поправила волосы, упавшие на глаза. Села за стол с отсутствующим видом. Мысли её явно витали где-то в других мирах. Чаронит потускнел, искры еле пробивались из глубины.
Корини достала откуда-то из-под стола вино, налила в бокал, но пить не стала. Снова застыла. Да так и сидела, не шевелясь и не издавая никаких звуков.
Дик даже заскучал. Можно было бы подумать, что злобная тётка умерла. Но всё-таки жизнь в ней ещё теплилась, потому что, когда в дверь постучали, она очнулась и сказала:
– Войдите.
Гостья зашла внутрь и закрыла за собой дверь.
– Ну что, Корри?
