Лили с трудом понимала, о чём идёт речь. Тарсилона окружали такие же седовласые и бородатые старички в изорванных рясах. Их конечности выглядели настолько иссушенными и лишёнными жизни, что было неясно, как они умудряются держать на весу даже лёгкие игральные карты. Вдобавок, один господин был слеп — его глаза превратились в чудовищные бельма, внушающие трепет перед старостью.
— Это Лан? Лан явился, мой дражайший внучок? — поинтересовался сидящий рядом с первым аром Маль старик, дряхлый и безобразный третий настоятель небесников.
Он ничего не видел и нуждался в постоянных подсказках, потому-то и пришёл сюда в компании пяти слуг. Слуги эти были огромными и широкоплечими лысыми рабами, вооружёнными иноземными саблями и все до единого носящими на шеях гривны покорности.
— Да, дедушка, это я, Ваш блудный любимец, — беззастенчиво отчеканил актёр.
Правда, вместо того чтобы гордо выпрямиться, он опустился на колени. Лили так и стояла возле дверей, не получившая никаких распоряжений, и Тарсилон указал своим тяжёлым взором на пришлую.
— Это та девица, о которой ты упоминал? Свежая претендентка?
— Да, Ваша Светлость.
Момо, пряча руку за спиной, немного поманил пальцами напарницу, и Лили боязливо приблизилась к жрецам Дубовых Рощ.
— Мы её проверим, — писклявым голосом объявил небесник-настоятель, и у Лили сердце сильнее забилось от этих слов.
Девушка аккуратно подошла к Момо и приняла точно такую же позу: встала на колени, выпрямила спину и развела по сторонам плечи, устремляя свои ореховые очи в одну точку, расположенную между нечёсаной макушкой Тарсилона и морщинистой лысиной небесника, представителя загадочного и скрытного дома Янтаря.
— Конечно, мы её проверим, но я уже в воздухе чувствую какие-то волшебные веяния! А Вы, брат мой, ничего не слышите? — прошептал первый ар Маль, поворачиваясь к соседу.
— Кажется, так пахнет зиртан! Да! Да! Хм… странно…
Правда, взволнованный Тарсилон не уделил должного внимания этой реплике, зато встал на ноги и подал руку собеседнику, после чего помог подняться и осторожно повёл девяностолетнего старика к гостям.
— Во дворце толкуют, что нынче собрание не состоится, — по дороге Тарсилон что-то тихо объяснял спутнику, однако острые уши Лана прекрасно улавливали каждый звук.
— Как же так? Как же так? — жалобно стонал небесник.
Лили с удивлением смотрела как хилый жрец Дубовых Рощ помогает ещё более жалкому и немощному настоятелю Янтарной башни добраться до юных посетителей, разместившихся на ковре.
— Всё так. Потому что многие донги недовольны положением вещей, они не одобряют решений Её Милости, которую, определённо, свели с пути кривые толки этого змея подколодного, Главного советника. Донги Гао, Линн и Грок отказываются являться на собрание, а донг Кирн открыто желает поддержать наследного принца, так что…
— Это же измена, измена! — ныл старик, кулаком грозя воздуху.
— …так что и нам, дорогой брат, не помешало бы обзавестись собственным козырем. Что, если спустя миновавшие мрачные столетия мы заявим во всеуслышание, что обнаружили свет во тьме?
Нервно почесав бороду скрюченной, подрагивающей рукой, небесник спросил:
— Что мы нашли Владычицу янтаря?
— Да! Мне верится, что эта претендентка отлично подходит.
— Это уж решать испытаниям! — возмутился вдруг дряхлый настоятель, нахмуривая разросшиеся брови и искажая сухие губы в кривом оскале. — Это решать Янтарной башне, нашим достославным традициям, священным текстам! Моим дорогим братьям на худой конец! А не тебе, старый проходимец! Наглый лжец!
По спине Лили промчались мурашки, ведь небесника обуял почти неконтролируемый гнев. Он весь сотрясался и раскачивался от порывов ярости, и уже едва стоял на ногах. Но, бросив беглый взгляд на Момо, травница немного успокоилась — тот выказывал редкостное смирение и даже не шевелился, всё время находясь под пристальным взором Тарсилона.
Дабы как-то воодушевить и утихомирить разбушевавшегося старика, первый ар Маль водрузил его крючковатую руку на голову парнишки, и небесник сразу просиял. Его лицо тут же озарила искренняя, вполне счастливая улыбка, и он заголосил:
— А-а-а-а! Мой милок, мой внучок! Годы идут, а ты ничуть не изменился, — закостенелые доселе пальцы небесника словно получили вторую жизнь: они тут же жадно забегали по изящному лицу мальчишки, будто измеряя его красоту и заодно проверяя, всё ли осталось на прежнем месте. — Как поживаешь, как самочувствие?
Лили снова не выдержала и недоумённо покосилась на скрытного Лана. Как-как назвал его этот полубезумный старец? «Внучок»?! Это вообще что-то значит или же сейчас просто-напросто ведётся пустой разговор между давними знакомыми?
— Всё прекрасно, дедушка. Я рад видеть Вас в добром здравии сегодня, — сухо, но вежливо ответил актёр.
