Мало кто из простых жителей Элисир-Расара догадывался о том, что такие мудрые и почтенные отшельники, как жрецы Дубовых Рощ, от случая к случаю тоже посещают «Сказочный дворец». Большую часть года жрецы Маль находились в своей родной вотчине. Среди тенистых пущ и дремучих лесов они проводили древние ритуалы, поклонялись богам, приносили им жертвы и воздавали хвалу, а ещё пророчествовали и создавали предсказания для всего королевства и правящей фамилии. Семья Маль никогда не занималась ни войной, ни скотоводством или земледелием, ни ремеслом, и даже модную нынче торговлю старательно миновала стороной, потому что их призванием и обязанностью было прилежное служение всевышним, почитание девственной природы и охрана традиций предков. Однако за восемь дней до празднества Великих Жертв, которое, кстати, продолжалось тоже ровно восемь суток, делегация из тридцати самых высокопоставленных жрецов Дубовых Рощ прибывала в столицу, Исар-Динны, дабы присоединиться к совету донгов. Затем все вельможи и должностные лица принимали участие в великом празднике, а после у гостей появлялось много свободного времени для различных забав и утех. И сразу же бородатые старцы бежали в «Сказочный дворец», ища ласк у молодых и красивых продажных женщин… или привлекательных мальчишек, таких, как Момо.
Момо поимённо знал большинство жрецов Дубовых Рощ, он не единожды лично навещал покои Тарсилона Дремучего, первого ара Маль, который из-за непредвиденных событий и несчастных происшествий на этот раз прибыл в Исар-Динны намного раньше положенного срока совместно со своими братьями из делегации. И если кому-то в городе было всё-таки известно о неприглядных привычках жрецов Дубовых Рощ, этих «достойнейших из верноподданных», заодно с их странными вкусами, то о том, что кое-кто из небесников тоже имеет склонность посещать столичные бордели обычный народ даже не задумывался. А ведь точно так оно и было, ибо один из небесников, третий настоятель, несмотря на то что был девяностолетнем слепым старцем, любил захаживать на огонёк «дворца сказок», однако лишь после того, как на небесах распалялся иной огонь — божественный знак, — или, проще говоря, всходила звезда Тасурес. С наступлением ночи Тасурес у небесников случался великий праздник, и некоторые из них, поддавшись тяге плоти, принимались предаваться всяческим безобразиям: кто-то слушал недозволительные истории, кто-то брался за обжорство и чревоугодие, а кто-то прельщался очарованием юности и навещал в такие дни «дворец», но не для того, чтобы участвовать в разврате, а дабы просто причаститься к «красоте». Хотя, многие небесники лишь играли в кости или карты со своими задушевными приятелями — жрецами Маль, пока те отдыхали от ненасытных барышень из храмов любви. Именно с такими господами водил знакомство Момо, и именно они обещали ему одну очень важную, незаменимую вещь — перламутровую таблицу приглашения.
Ежегодно за трое суток до Дней Великих Жертв в Янтарной башне по традиции состоялись «смотрины» на должность почтеннейшей женщины всея королевства — Владычицы янтаря, верховной жрицы, которой по поверьям подчинялись магические вихри и токи либбо, которая умела управлять зиртаном и которая в древности якобы прислуживала драконам, заодно являясь их избранницей. Чтобы получить доступ в неприступную Янтарную башню для начала требовалось заручиться перламутровым приглашением, а эти приглашения выдавали исключительно жрецы-небесники, что вели затворническую жизнь и никогда не покидали пределов своего острова… Впрочем, так должно было происходить в идеале, на самом деле некоторые из них всё-таки имели связи с внешним миром. Кто-то через посыльных осведомлялся о нынешнем положении, кто-то — через слуг, другие же самовольно отлучались из храма и устремлялись в столичный город на хлипких лодочках, замаскированные под чахлых бродяг или бездомных. Кто-то даже гостил у проституток и копил карточные долги! Так что, пронырливый и предприимчивый Момо всегда знал, где найти небесников-отступников после восхода Тасурес. Туда-то он сейчас и спешил.
Наряженная Лили восхищённо наблюдала, как за окном паланкина мелькают огни вечерних Исар-Динн. Она вполголоса прошептала:
— Я и не представляла, что на медном холме так ярко после заката.
— Лили! — сурово одёрнул её спутник. — Отлипни от окна! Зачем нам вообще было прятаться от посторонних глаз, коли ты вздумала продемонстрировать физиономию каждому любопытному!
Девушка послушно отодвинулась от проёма и задёрнула плотные занавески. Лан тем временем надевал на каждый палец по странному, удлинённому кольцу, закрывающему ноготь и заострённому на кончике.
— Нам слишком со многими теперь не следует сталкиваться, так что… не сверкай своей мордашкой.
В паланкине нещадно трясло, да и из Лили вышла далеко не лучшая собеседница. Актёр начинал нервничать всё больше по мере того, как их нехитрое передвижное убежище приближалось к «Сказочному дворцу», ведь сегодня ему приходилось полагаться на кого-то, помимо себя самого. Причём, кого-то не очень умелого или искусного.
