Марена чувствовала, что её силы иссякают. Впервые за долгие столетия она ощутила, что может проиграть. И кому? Своему же союзнику!
Чернобог будто не ведал усталости. Он без устали уничтожал насылаемых на него призраков, порой швыряя в неё свою магию.
Постепенно Чернобог забирал инициативу в бою, словно разлитый вокруг Хаос начал подпитывать его. Впрочем, так оно и было. Маммоне удалось подчинить себе бога, пусть и на время. И теперь она накачивала его силой Хаоса, которую тот принимал, прекрасно зная, как это делать.
Чернобог всегда с нездоровым любопытством относился к Хаосу, говорил, что своего врага нужно знать, дабы противостоять ему. Вот ему и аукнулись его исследования.
Идиот! Весь их план рухнул из-за этого слабака! Ежели не случится ничего экстраординарного, придётся убираться отсюда, как побитым собакам с поджатыми хвостами. А пока всё идёт именно к такому печальному концу. Ох, как же будет зубоскалить Велес!
У Марены от злости аж потемнело перед глазами, из-за чего она чуть не пропустила атаку Чернобога. Но ей удалось вовремя выставить щит и бросить взгляд на Семаргла.
Тот на равных бился с Маммоной, которая вскоре восстановится. Она же в своём логове! А второй щепки Копья Судьбы у них нет. Благо, что Локки ухитрился воткнуть единственную у них имеющуюся частицу Копья в горло Маммоне. И он даже сумел выжить и теперь прятался в руинах храма.
Марена видела его и где-то глубоко в душе надеялась, что у невероятно живучего и хитроумного потомка Локи как-то получится переломить ход битвы в пользу славянских богов.
Семаргл дрался как никогда прежде в своей жизни. Его громадный меч порхал как бабочка. Но Маммона оказалась не слабее его. Её копьё со скрежетом и злыми искрами отбивало все его атаки, а порой даже мелькало в опасной близости от тела бога.
— Ты сдохнешь, слабак, если не перейдёшь на мою сторону! — прорычала богиня Хаоса окровавленными губами. — Тебе не победить! На что ты вообще надеялся? На Локки⁈ О-о-о, теперь я знаю, кто этот червь, посмевший нанести мне рану. Достаточно было заглянуть в разум Чернобога, чтобы узнать весь ваш план. У тебя остался единственный шанс выжить… Присоединись ко мне, и я сделаю тебя высшим богом славянского пантеона. Перун будет пресмыкаться перед тобой, а Велес — валяться в ногах!
— Да пошла ты! — прорычал Семаргл, краем глаза заметив Локки.
Тот вскочил на ноги и побежал в дальний конец пещеры, к царящему там мраку.
— Твой союзничек трусливо убегает, — презрительно прохрипела Маммона, и вдруг её глаза удивлённо округлились, когда из мрака появилась громадная драконица Хаоса. Да ещё наглец Локки указал рукой на Маммону, будто бы говоря крылатому чудовищу «фас».
Драконица появилась прямо передо мной, дохнув жаром и мускусным запахом. Ей всё-таки удалось попасть в пещеру через дыру в магической защите, пробитую славянскими богами, когда они перенеслись сюда.
— А ты не торопилась, — иронично выдал я и ткнул в сторону Маммоны. — Вон твоя сила! Осталось забрать её, и тогда ты станешь повелительницей драконов.
— Ты обещал, что она ослабнет и будет на последнем издыхании! — прорычала мать Апофиса. — Ты обманул меня!
— Даже не думал обманывать. Просто нас подвёл вон тот чернобородый чудак. Но теперь уже поздно отступать. Ты либо с нами, либо убираешься к себе, трусливо поджав хвост, и навсегда потеряв возможность стать сильнейшей. Такой шанс выпадает раз за всю жизнь, даже за такую длинную, как твоя.
— Сбавь тон! — прорычало крылатое создание.
— Матушка не какая-то трусиха! — встал на её защиту вынырнувший из мрака Апофис. — Да, мама?
— Жди мне здесь! — строго бросила она Апофису и взмыла под потолок, откуда обрушила всю свою мощь на Маммону.
Семаргл едва успел отпрыгнуть, а то бы и его зацепило потоком трещащих молний.
— Моя мать, — с гордостью произнёс Апофис, по привычке усевшись на моё плечо.
Но он уже был не таким маленьким, как прежде, да и моё тело порядком обессилело, поэтому я чуть не упал, и дракончик сразу же взмыл в воздух, закружившись вокруг меня.
— А что мы будем делать? Как атаковать? — возбуждённо спросил он.
— Когда дерутся медведи, лучше постоять в сторонке, — пояснил я, усевшись на валун. — Мы сделали все, и даже больше, чтобы наши победили.
— Но как же… — удивился Апофис. — Они будут сражаться, а мы — просто смотреть издалека?
— В этой битве мы сражаемся с помощью интеллекта. Генерал же не идёт впереди своего войска. А почему? Да потому что он умный и ему положено командовать. Ну, это когда генерал настоящий, а не какой-нибудь идиот.
Дракончик подумал-подумал, да и пристроился рядом, наблюдая за боем, стремительно приближающимся к концу.
Атака драконицы стала для Маммоны приговором. Она не могла противостоять такой мощи. Всего двумя залпами молний мать Апофиса превратила богиню в почерневшее нечто, воняющее горелой плотью. И всё равно это нечто ещё дёргалось и затихающим голосом отчаянно звало Чернобога. Но тому мешала добраться до богини Марена.
Семаргл же не стал жевать сопли и одним ударом отсёк Маммоне голову, превратившуюся в череп с бахромой оплавленной кожи.
