Тронный зал пустовал. В нем не случалось более ни одного собрания. В доме стало непривычно тихо, и даже слуг как будто стало меньше. Да и зачем они, если жильцов по пальцам пересчитать?
Поначалу Кристине казалось, что Адриан намеренно ее избегает, но за две недели его не видела ни одна живая душа. Точно так же, как и Кирана, Нейтона и самого лорда. Не было никакой уверенности и в том, живы ли они вообще. Всех поглотило беспросветное неведение и удушающее предчувствие неизбежного.
Дни тянулись медленно, тягуче, как перегретая карамель, но приносили они одну лишь горечь. Каждая из девушек по-своему переживала тоску по любимому, и в одиночестве все трое тихо плакали. Иной раз часами. Надрывно. Горестно. А как только встречались друг с другом, подмечали красные припухшие глаза. Но они не обсуждали это, чтобы ненароком не ранить еще больнее.
Поскольку у Кристины теперь каждый день был свободен, она много времени посвящала тренировкам с ножами. Уже через два дня практики ее нож попадал точно в цель, а удары стали уверенней. Отдав несколько ножей Луизе и Даниэле, она предложила тренироваться вместе, и девушки охотно согласились.
– Можно попросить у Лероев экстракт бластовоха, – предложила Кристина. – Если враги придут за нами, мы должны суметь защититься.
– Смажем экстрактом ножи, – решительно кивнула Луиза. – И попробуем убить пару-тройку тварей.
В прежние времена услышать подобное из уст утонченной леди было бы чем-то из ряда вон выходящим. Возмутительной выходкой, после которой можно было и не мечтать об удачном замужестве. Общество с малых лет прививало девочкам мысль, дескать, не женское это дело – оружием баловаться. Но времена изменились. Стали отчаянными. И требовали столь же отчаянных мер.
Помимо тренировок Кристина вознамерилась наладить контакт с лекарем Лероев мистером Свонсоном. Придя к нему в кабинет в один из дней, девушка с порога заявила:
– Я хочу ежедневно отдавать немного своей крови для мистера Адриана. Сможете сохранить ее для него?
Она знала, что Адриан ни за что не станет добровольно пить ее кровь, но, если она уже будет разлита по бутылкам, нет никакого смысла сопротивляться. Учитывая ту силу, что дает ему ее кровь, Адриан начнет принимать ее. Чтобы иметь возможность бороться. Чтобы превосходить самого себя и врагов.
Удивление Свонсона длилось всего пару секунд, после чего он несколько раз кивнул, соглашаясь.
– Конечно, леди Ренард. Разумеется. – Его тон был непривычно доброжелательным. Он проникся благосклонностью лишь потому, что Кристина решила даровать кровь вампиру? – Но каждый день нельзя, вам необходимо некоторое время, чтобы организм восстановился. Мы же не хотим навредить вам, верно?
Он забирал не так уж много крови за раз, закупоривая ее в небольшие бутылочки и подпитывая магией для сохранности. Во время процедур они не говорили. Исключением стал один-единственный день, когда Кристина позволила себе задать вопрос:
– Как продвигается изучение яда бластовоха? Удалось ли создать подобный яд?
В голосе мистера Свонсона отчетливо прозвучала боль.
– Увы, нет, миледи. Слишком мало времени. Нужно больше. Гораздо больше. Однако Лероям удалось раздобыть достаточно внушительное количество экстракта в разоренных лагерях противника, так что не стоит лишний раз волноваться по этому поводу.
Кристина слушала и не могла поверить в то, что доктор ее успокаивает.
– Лорд Крейган – сильнейший из ныне живущих вампиров, – продолжал он, пока темно-красная кровь медленно сцеживалась по трубке в стеклянный сосуд. – В бою он один может легко заменить сотню обученных воинов. Я лично видел, как он сражается. С такой сокрушительной силой Ша-Рэму не справиться.
– Лорда Лероя здесь давно нет, – тихо отозвалась Кристина. – Как и его сыновей. Мы же лишены защиты.
– Это совершенно не так. – Свонсон горячо помотал головой, а затем поправил очки на переносице. – Громовой Утес сам по себе защита.
– Как это?
– Здесь царит особая древняя магия. Вы разве не знаете?
– Мне никто не рассказывал о таком. – Она подалась вперед, чтобы не пропустить ни слова.
– Хм, – удивился врач и почесал подбородок. – Тогда слушайте. Поместье Лероев стоит здесь уже много сотен лет, и за это время магия лорда Крейгана пропитала это место насквозь. Можно даже сказать, что поместье живое. Оно дышит силами вампиров, понимаете?
Кристина кивнула, и мистер Свонсон продолжил:
– По этой причине всякого, кто желает причинить его обитателям зло, Утес не пускает.
– Не пускает? – переспросила Кристина, плохо представляя, как это происходит. – Он окружен невидимым барьером?
– Совершенно верно, миледи. Врагам сюда не пробраться. И только Лерои вправе решать, кого именно впускать на Утес.
Закупорив очередную бутылочку с кровью, мужчина приложил проспиртованную вату к крошечной ранке в районе сгиба локтя девушки, а затем обхватил ее ладони и слегка потряс.
– Все будет хорошо, мисс, – с жаром произнес он и повторил, но скорее уже для самого себя: – Все будет хорошо.
Она хотела верить. Очень хотела. Но что-то подсказывало, что все хорошо бывает в одних лишь сказках.
