Фантом бесшумно вздохнул. Я заметила, что он одет именно так, как разгуливал в саду герцога ле Ферна. Так, как соблазнял глупую воспитанницу пансиона, меня то есть. И это внезапно разозлило. Страх ушел, просочился, словно вода сквозь пальцы, и я выпрямилась, расправила плечи.
– Если тебе нечего сказать, шел бы ты к своему хозяину! – бросила фантому. – Не понимаю, зачем он тебя прислал!
– Не сердись, – прошелестело по комнате, – он даже не знает, что я здесь.
– Это как? Он при смерти?
– Он просто напился и уснул так крепко, что я мог выбраться наружу, – тихо ответил фантом.
– Ну надо же, – с сарказмом заметила я. – С чего бы твоему хозяину так страдать? Все, что вы планировали, получилось. Глупая девка отпустила Тень.
– Не надо, не говори так, – прошептало полупрозрачное создание.
– Это отчего же? Ведь правда именно такова. – Я начинала злиться, кулаки невольно сжались. Ух, так бы и поколотила… Жаль, что наверняка руки провалятся в пустоту. – Ты прекрасно справился с задачей, врал просто мастерски. Хотя нет, недостаточно мастерски. Я должна была влюбиться в тебя, но я не влюбилась.
И впервые в жизни ложь далась легко.
Фантом, казалось, опечалился еще больше. Поник, ссутулился, словно больной ворон на ветке. И лица почти не видать за острыми смоляными прядями.
– Я тебе не врал ни разу, – шепот царапал слух, – и я пришел, чтобы просто посмотреть, как ты спишь.
– Не врал? – Я подскочила на кровати. – А вот это все? Все, что ты мне говорил?
– Это правда, – шелестел фантом, – когда я говорил, что тебя хочу, – правда. Когда я говорил, какая ты вкусная, – правда. И сейчас говорю, какая ты была красивая, когда спала. Тихо так, словно цветок эллериума, перед тем как раскрыться навстречу ночи.
Я опешила. И снова возникло впечатление, что я медленно погружаюсь в трясину недоговорок и лжи. Однажды я уже испытывала это чувство, в замке Ферн. Ничем хорошим это не кончилось.
– Как же так, – вкрадчиво проговорила я, – ты вешаешь мне на уши лапшу, густую такую, длинную… Цветок эллериума, да? А твой хозяин меня ненавидит или терпит с трудом. Кому из вас верить? Или, что самое правильное, нельзя верить вообще никому из города Теней?
Фантом развернулся ко мне, оперся на руку, хотя мог бы этого и не делать. Он плавал в воздухе, был полупрозрачным. Наверное, оттого, что хозяин сейчас совсем не прилагал усилий по созданию материального фантома.
– Он дурак, – без обиняков заявила копия Эриса Аш-исси. – Он пытается ломать меня, пытается убедить меня, то есть самого себя в том, что люди – это зло и что ты ничего не значишь – так, пыль под ногами. Он уже устал бороться с самим собой, то есть со мной, но упрямый, как ваши ослы. Он отвергает саму мысль о том, что ты вкусная и для него тоже и что не нужно отказываться от того, что хорошо и правильно, только потому, что желание самого Эриса Аш-исси внезапно совпало с извращенным желанием его брата. То есть, конечно, брат желал его унизить и растоптать, но на самом деле подарил то, что было нужно самому хозяину все эти годы.
– Ну, знаешь ли… – прошептала я, не имея ни малейшего понятия, что говорят в ответ на такие заявления.
Фантом утвердительно кивнул с легкой улыбкой. Той самой улыбкой, по которой я так скучала! Проклятье…
– Да, у Теней все сложно, – сказал он. – А как может быть по-иному, когда твоя внутренняя суть может покинуть тело и болтать о том, о чем не следует?
– И что, ты постоянно выбираешься из тела хозяина?
Я невольно хихикнула, представив, как фантом выскальзывает из Эриса Аш-исси, расстегнув какие-то внутренние застежки у него на животе.
– Напился он сильно, – с притворным сочувствием вздохнул фантом, – потерял контроль над своей внутренней сутью. Первый раз с ним такое, чтобы так набраться. А все после чего? После того, как понимание твоей вкусности начало медленно доходить до него. А он сопротивляется, извивается, как уж на сковородке.
Я покачала головой.
– Знаешь, мне все это не нравится. Даже если ты говоришь сейчас правду, в чем я очень сомневаюсь. Но мне бы хотелось, чтобы ты и настоящий Аш-исси пришли к какому-то совместному решению относительно меня. А еще лучше – отпустили бы меня домой.
– Так я и есть настоящий Аш-исси, – едва слышно пробормотал фантом, – я есть то, что у него глубоко внутри, то, что никто не видит. А ты видишь, тебе повезло.
– О да, мне повезло просто невообразимо!
– Конечно, повезло! – Он вздернул бровь. А у меня перед глазами возник сад герцога ле Ферна, луна и легкие, тревожащие душу ароматы осени.
– Что дурного в том, что ты вышла замуж за представителя королевского дома? – спросил фантом.
– Что хорошего в том, что мой муж смотрит на меня, как… как… – Я на миг запнулась, выбирая выражение. – Как на племенную кобылу, которой надо понести? Что хорошего в том, что он не видит во мне существо, которое может чувствовать, которому бывает больно от его холодности?
И умолкла.
Пожалуй, сболтнула лишнего, как будто и мой фантом выбрался наружу. Великолепно!
Я потерла ладонью лоб, устало махнула рукой.
