Утро добрым не бывает — тут я с отцом совершенно согласен. Мы собирались поваляться подольше — и не только поваляться — но всё испортил вчерашний гонец. Видимо, не добравшись до нас к полуночи, он решил это исправить, явившись как можно раньше — в начале девятого часа. Повезло ему, что не оторвал нас ни от чего… Но уж как Хели его крыла, пока одевалась — я аж заслушался.
Гонец сообщил, что в Сомовом Омуте всё в порядке, только Бренор опять что-то натворил — ничего не взорвал, правда, зато навонял тухлыми яйцами так, что кузницу пришлось с обеда и до следующего утра проветривать.
Ну, в Бреноре я не сомневался, а больше ничего интересного гонец не сообщил и был отправлен обратно. Спать, естественно, уже не хотелось, так что я велел Гарре заняться завтраком — чего уж теперь…
Ну а сразу после завтрака явились наши ученики…
Учить грамоте орка — то ещё дело, особенно если он уже приучился по-своему писать. Если, конечно, это можно считать письмом — потому как их закорючки в лучшем случае обозначают целое слово, если не фразу, и перо они держат Свет знает как. И это всего хуже, потому что руны орк коверкает — ужас! И как только у Хели терпение не кончается…
Мне было проще — Темар и Кирни нужна была история Империи. Зачем история Империи в Высокой Башне — не знает никто, но с поступающи её спрашивают наравне с грамотой, счётом и магией. Правда, не так уж сильно её спрашивают — как сказала Хели, достаточно помнить Основание, пару войн да двух-трёх императоров познаменитее.
Ну а я историю знаю неплохо…
— Ну, надеюсь, историю основания Империи вы уяснили? — спросил я. — Тогда слушайте про Ирке Укушенного…
Подростки ожидаемо захихикали — но что поделать, если решительно у всех Джалов были дурацкие прозвища с непристойной историей? Такая династия была… И уж всяко не из худших. В конце концов, большую часть имперской истории они и правили, а это кое-чего стоит.
Рассказ мой получился не слишком долгим — правил Ирке Укушенный всего пятнадцать лет… За которые владения увеличил вдвое, а казну — вчетверо, и всё это почти без войн.
Кирни, разумеется, не поверил.
— Знаешь, — сказал я, — один древний мудрец говорил: наилучшая победа — та, которая достигнута без сражений.
— А разве так можно? — вытаращился на меня Кирни
— Можно, — ответил я. — Можно запугать врага, чтобы он сдался сам. Можно разорить его. Можно обустроить своё государство так хорошо, что люди твоего врага перейдут к тебе. Можно подкупить. Можно, наконец, договориться. Неважно, как именно ты добился своей цели — если ты её добился, это победа. Ты знаешь, как Ирке, тогда ещё принц, победил лерийцев?
По версии придворных летописцев — убедил их полководца не сражаться, а потом женился на ней. К счастью, легионные хронисты сохранили настоящую историю… О том, как вызванный на поединок принц соблазнил Карну Звонкий Меч и «убедил» её так, что она в порыве страсти прокусила ему ухо. Победа? Несомненно. Без сражения? Нет, можно, конечно, позубоскалить на этот счёт, но сражения всё-таки не было.
Кирни понял. Правда, судя по его физиономии — понял он что-то не то… А вот Темар задумалась, и крепко, а потом внезапно хлопнула в ладоши и воскликнула:
— Точно! Я всё поняла!
Она глубоко вздохнула, щёлкнула пальцами — и на её ладони вспыхнул светящийся шарик.
— Ну-ка… — Хели отвлеклась на сработавшее заклинание. — Молодец, справилась. Поняла, что тебе мешало?
— Да, наставник, — кивнула Темар, — поняла. И увидела свою ошибку.
— Молодец, — Хели потрепала её по голове. — Самое главное ты сделала, а остальное придёт само. Кирни, а ты?
— Кажется, я тоже понял, — парень зажёг такой же светляк. — Победить, не сражаясь, да?
Джирг состроил непередаваемую гримасу — что, мол, с этих человеков взять — но слушал очень внимательно — видать, и его заинтересовала идея. Немудрено — раньше здесь такого не слыхали, потому как мудрец этот с родины отца. Да ещё и подходит эта идея шаманам — те своего тоже не силой добиваются. Свет знает, как, но как-то они договариваются с планарными сущностями… И те делают именно то, что требует шаман.
— Ну что ж, поупражняйтесь ещё, — улыбнулась Хели, — и свободны. Джирг, магии тебя будет учить дед, так что берись за перо… Свет, да не нож это, правильно бери!
Под конец Джирга всё-таки удалось заставить правильно взять перо, и дело сразу пошло на лад — руны он худо-бедно знал, а вот с правописанием дела у него были… Ну, может, не совсем ужас, но что-то вроде того. И дело, я думаю, тут в том, что как кто говорит, тот так же и думает, а говорят орки так же чудно, как и пишут.
Вот есть у нас руна Ир. Для того, чтобы написать слово «я», мы ставим её, а орки рисуют крест. Но если нужно слово «мы», то нам нужно две руны — Ир и Май, а орк дорисует к кресту ещё одну вертикальную черту. Но когда нужно написать «народ», нам нужно совсем другое слово, в котором этих рун нет, а орк к значку ещё одну черту сверху пририсует. Да и значки свои они обыкновенно на дереве или кости вырезают, а это дело небыстрое.
