— Именно так, — его лицо вновь становится непроницаемым. — Возможно, ты не поверишь, Король Шурик, но я не могу молчать. Прошу только выслушать то, что должен сказать.
— Хорошо, внимательно слушаю, — скрещиваю руки на груди.
— Кхм, — прочищает горло командующий Тит, собираясь с мыслями. — Мы по разные стороны баррикад, но я верю, что ты, как и Консул, желаешь добра своему народу?
— Я хотя бы не превращаю большинство жителей в рабов на военных фабриках, — вздыхаю я.
Лицо Тита каменеет. Тема явно задевает его за живое, но мне важно услышать его мнение. И командующий оправдывает ожидания.
— Всем приходится чем-то жертвовать, — хмуро произносит Лорд Детройта. — Без жёстких мер Консула Париж мог не появиться вовсе. Нас разбили бы в первые месяцы. Война на юге пылала бы до сих пор. А так, несмотря на издержки, игроки обрели мир.
— Худой мир лучше доброй ссоры? — спрашиваю я.
— Можно сказать и так, — кивает Тит. — Железный Легион был щитом, защищавшим Париж от внешних угроз. Мы, солдаты, три года проливали кровь, чтобы рано или поздно объединить человечество и обеспечить его будущее. Достойная цель, как по мне.
— Жаль, что исполнение подкачало.
— Никто не говорил, что наш путь единственно верный, — рычит Тит. — Но мы хотя бы верили, что можем добиться большего. Стать лучше со временем.
— К чему эти философские беседы, Тит? — наконец, спрашиваю я. — Мы оба не дипломаты. Плести словесные кружева — это не о нас. Повторю вопрос, к чему ты клонишь?
Тит впивается в меня немигающим взглядом через магическую сферу.
— Как бы ни хотелось этого признавать, но я уважаю тебя, Король Шурик, — его слова застают врасплох. — Как и Консул, ты ценишь человеческие жизни. Понимаешь разницу между воинами и мирными жителями. Не проливаешь кровь без причины. По крайней мере, хочу в это верить. А вот Магистр Ордена не видит этой грани, искренне считая, что цель оправдывает средства. Филин совершил подлость — подослал в Детройт террористов.
Мужчина делает паузу, явно собираясь с мыслями. Я не прерываю молчание.
— Этот выродок планировал подорвать наши казармы вместе с ближайшими домами, — продолжает Тит. — Но он не просто хотел уничтожить военную силу, Филин готов был втянуть в эту бойню простых игроков! Мирных жителей, которые просто выращивают редис на своих участках!
— Тебя задела его жестокость?
— Я презираю его за предательство наших принципов! Принципов Владыки! — в глазах командующего вспыхивает ярость. — Да, мы несли смерть врагам! Но никогда не трогали гражданских! Мы шли объединять игроков, а не истреблять их. У Парижа было много недостатков, но мы стремились к возрождению порядка! Не к бессмысленной резне!
Внезапно Лорд Детройта замолкает, словно поняв, что сказал лишнего. Желваки на его скулах ходят ходуном, пока он пытается обуздать гнев.
Лишь когда пламя ярости в его глазах притухает, Тит возвращается к разговору.
— Целью Магистра Ордена не мог быть только Детройт, Король Шурик. Прошу обратить особое внимание на ситуацию в Спартанском Королевстве, — его слова вновь удивляют. — Вполне вероятно, что и твои подданные в опасности. Пусть мы и противники, но к мирному населению Спарты у меня нет претензий!
Честно говоря, такого поворота я не ожидал. Можно было предположить что угодно, но чтобы вражеский Лорд просто связался и предупредил о возможных терактах…
Звучит невероятно! Это… как если бы Стервятник прислал письмо с предупреждением о готовящемся налёте воздушной эскадры Техаса на Спарту!
Даже мысль об этом кажется нелепой!
Но Тит всё же это сделал — предупредил своего противника. Убийцу своего Владыки. Главного виновника падения Парижа как гегемона южных земель.
Такая принципиальность вызывает уважение.
— Признаюсь, ты меня удивил, — откидываюсь в кресле под взглядом Тита. — Не ожидал, что ты решишься на такое предупреждение.
— Это мой долг как солдата.
— И я благодарен тебе за это, Тит, — открыто признаю я. — Хотя ты немного опоздал. Мы недавно обезвредили одного из шпионов Филина.
— Вот как…
— Более того, захватили рунную бомбу, — киваю я. — Одна проблема: мы не знаем, что с ней делать. К сожалению, Спарта не владеет технологиями парижских рунологов.
Собеседник погружается в раздумья. По его сосредоточенному лицу видно, что он взвешивает все «за» и «против». Его внимательный взгляд вновь изучает меня, словно оценивая шансы на успех или просчитывая возможные риски.
Наконец, Тит нарушает затянувшееся молчание.
— Король Шурик, если бы у тебя появились рунологи… ваши учёные смогли бы найти способ обезвредить эти бомбы? — осторожно спрашивает Лорд Детройта.
— Не могу гарантировать мгновенный результат, — отвечаю я, — но, если мои люди поймут принцип работы рунной магии, дело сдвинется с мёртвой точки.
В глазах Тита вспыхивает решимость.
— В таком случае, как ты смотришь на то, чтобы объединить усилия в этом вопросе?
— Враг моего врага — мой друг?
— В самую точку.
— Мне определённо нравится твоя идея, Тит, — усмехаюсь я. — И да, можешь считать, что я обеими руками «за» такое сотрудничество.
