— Я ошиблась, — заявляет Грибница. — Мой изначальный подход не учитывал человеческой сути. Вашего образа мышления. Моя программа была создана для того, чтобы сделать человечество «лучше». Я стремилась к тому, чтобы сделать всё последовательно и правильно. Всё делала сама, не учитывая точки зрения человечества. Как показали наблюдения, без последнего какое-либо «улучшение» невозможно. Все мои труды вы не примете, как бы я ни старалась.
— И что же ты теперь планируешь делать? Какой подход к тебе приходит на ум сейчас? — интересуюсь я.
— Я готова и дальше помогать человечеству, — поясняет Грибница, — но при условии, что вы сами сделаете у меня запрос того или иного рода.
Иными словами, программа переходила из активной фазы в пассивную.
«Дайте мне команду — и вот тогда я всё сделаю».
Передо мной будто бы открывается командная строка кода, которая только и ждёт, что я задам нужный запрос.
Я и подумать не мог, что всё придёт к чему-то такому! Это даже круче того, что я ожидал!
— Хорошо, — киваю я, — В таком случае я научу тебя ещё одному понятию, которое есть у людей. И это враньё. Точнее, в нашем случае это будет военная хитрость! Поэтому у меня будет первый для тебя запрос…
Сатум сидел на грубо выдолбленной скамейке у входа в свою землянку, провожая незаинтересованным взглядом проплывающие над головой облака
Деревня безликих три дня назад лишилась ещё одного своего жителя. Додик, добрый, весёлый, всегда готовый помочь парнишка, был доставлен на проклятый остров.
Десятый уровень…
А ведь парень подавал такие надежды! Сатум был даже не против передать ему в какой-то момент свою должность старосты деревни!
Почему? Почему мир Системы забирает в первую очередь лучших из лучших?
Такая потеря! Такая потеря!
Сатум тяжело вздохнул, опёршись о спинку скамейки. Но что ещё им остаётся? Чтобы выжить в этом жестоком мире, им приходится идти на крайние меры.
Недавно их земли буквально кишели монстрами. Сатум видел даже гигантские шары из плоти, которые возвышались над кронами деревьев как минимум вдвое!
Как страшно жить! Как страшно жить!
И все эти чудовища прошли мимо поселения, не затронув его жителей. Настоящее чудо, не иначе!
Неожиданно, на краю деревни начался какой-то шум и гам. Сатум насторожено поднялся со своей скамейки.
Шум — это всегда не к добру! Что там такого могло случиться? Кто-то укрыл у себя монстра? Или же снова явились жуткие чужаки по их души? А может, всё и сразу⁈
Сатум двинулся к жителям деревни, которые уже успели сформировать небольшой кружок на единственной площади в деревни.
— В сторону, в сторону. Дайте пройти, — шептал Сатум, расталкивая игроков вокруг себя.
Стоило же ему пройти в самый центр, то он застыл на месте, широко раскрыв рот.
— Ты?
— Привет, староста, — улыбнулся Додик. — Давно не виделись.
На старосту деревни безликих сейчас смотрел тот самый Додик. Приговорённый, которого они изгнали из поселения трое суток назад!
— Но как же? — ахнул Сатум.
Парень же был проклят! Никто не проживает больше суток с момента проклятия! И тем более уж двух!
А прошло целых три дня. И ничего. Додик перед ним выглядел вполне себе здоровым, несмотря на серьёзную худобу.
— И я сам не понимаю, — пояснил мужчина. — Меня доставили до острова. Я вошёл вглубь него. И стал ждать… хоть чего-то. Но прошла одна ночь, вторая. На третью я уже не выдержал. Очень сильно хотелось есть. Взял, да и переплыл озеро. И вот я здесь!
— Невероятно, — прошептал Сатум.
— Ребят, может, накормите хоть? Я три дня не жрал ничего! Ха-ха-ха!
Это был первый случай, когда проклятие не сработало в деревне безликих.
Что-то всё же изменилось в их жизни. Но никто ещё не мог понять, что конкретно.
Но это было лишь начало.
— Ну и жуть, — комментирует увиденное Малой.
— Иначе и не скажешь, — соглашаюсь с ним я. — Но мы и не на Багамы прилетели, чтобы наслаждаться пляжем, чистейшей водой и прочими радостями.
— А жаль! — вздыхает мой собеседник. — Я уже который месяц хочу на все плюнуть и свозить Мышь на курорт.
— Так и чего же ты медлишь?
— Как только закончим со всей этой волокитой, — как бы намекает на войну с Антантой Малой, — тогда и отдохнем.
— Осталось самое малое, — криво улыбаюсь я, — дожить до этого самого момента.
Пейзаж перед нами открывается и вправду не самый приветливый. Вместо фанфар и радостного гула гнетущая тишина, вместо улиц, заполненных людьми под завязку, гигантский кратер.
Куда же это нас занесла нелёгкая?
Туда, где и появилась на белый свет Грибница. Именно здесь когда-то располагалась секретная лаборатория Гамбурга. А теперь здесь лунный пейзаж. И это я ещё мягко выражаюсь!
Даже Пустоши вдоль северной спартанской границы выглядят раем на земле на фоне… этого!
Боевая баржа плавно опускается на более-менее открытый пустырь. Опускается аппарель, и я первым ступаю на выжженную пустошь.
Следом за мной спускаются Малой, Ботан, Люси, а также вездесущий отряд магов-теневиков. В последнее время они во главе с Проходчиком всегда сопровождают меня. Уж больно ультимативная у них способность!
