Одно дело — воевать против «Великого Зла», и совсем другое — напасть на союзную, до недавнего времени, фракцию.
Не могу ничего гарантировать, но есть немалая вероятность, что такой поступок Ришелье северяне не поймут. И даже его невероятный класс Дипломата не сможет подавить абсолютно все сомнения и ростки недовольства.
Помимо всего прочего, нельзя забывать и о том, что время теперь играет против нас. С чего бы это?
Потому что тайна, о которой знает больше двух человек, рано или поздно всплывёт наружу. Если Ришелье узнает о том, что мы начали переговоры с Грибницей… то он станет вести себя крайне осторожно.
Не исключено, что он затаится, будет и дальше отыгрывать «верного союзника». А на самом деле будет ожидать ошибки с нашей стороны. Будет искать возможность для смертельного удара.
Этого я ему позволить не могу. Мне не нужна тикающая бомба к северу от Спарты.
Да и для далеко не глупого Арбитра Антанты не составит труда, чтобы в какой-то момент приравнять Спарту к «Великому Злу». Подготовит почву, накачает своих подчинённых нужными мыслями и вуаля!
В одно мгновение Спартанское Королевство станет приверженцем Грибницы и вообще слугой вселенского зла.
Тогда вопрос — почему нельзя просто взять и сейчас атаковать Антанту? Без каких-либо заигрываний и прочей мишуры?
На нашей стороне Грибница! У нас есть спартанская армия и воздушный флот! Да, это не штурмовики того же Гамбурга, но всё же!
Что мешает взять и избавиться от этого «дружелюбного соседа»?
Всё просто. Напади Спарта первой, и я тогда добровольно передам всех северян в лапы Ришелье. Не будет уже никаких сомнений, кто прав, а кто — нет.
Не будет недовольства выбранной политикой Арбитра. Всё станет просто и понятно.
Спартанцы — наглые агрессоры, северяне и лично Ришелье — герои-защитники. На нашей стороне, мутанты и прочая хтонь, а у Антанты — храбрые дварфы, толкинисты и ебалаи!
Выбор очевиден! Чего тут ещё думать⁈
Я же хочу поступить иначе. Наши вооруженные силы организуют «спектакль». Пройдут по землям Грибницы, изображая ожесточённое противостояние.
В кратчайшие сроки мы выйдем к южным рубежам Фронтира… И вот тогда-то Ришелье явит свои истинные намеренья!
Или же он совершит какую-нибудь глупость, тем самым подставляя себя, а также всю Антанту, давая уже нам повод для более активных действий.
Или Арбитр смирится с происходящим и отложит в сторону свои планы по дальнейшему расширению своих полномочий.
При таком сценарии Спарта получит достаточное влияние, как «победитель Грибницы», чтобы договорить о договоре о ненападении или ещё какой форме сосуществования.
Время покажет, как всё будет на самом деле!
Пока что же Генеральный Штаб продолжает обдумывать предложенный мною план и прорабатывать каждую мелочь, каждую деталь. Сегодня мы не можем позволить себе ни одной ошибки, ни единого промаха.
Будущее всего Королевства на кону!
Когда же жаркое обсуждение подходит к концу, я отдаю приказ собравшимся:
— Готовьте личный состав, господа! Я объявляю, что до начала операции «Капкан» у вас времени — трое суток! На четвёртый же день мы отправимся на север!
И после этого армия Спартанского Королевства вновь пробуждается ото сна!
Новая война уже не за горами!
Семь дней. Именно столько уходит времени у Люси, чтобы показать «всё-всё».
Вечером седьмого мы снова отправляемся на север, чтобы провести «сеанс связи» с Грибницей.
— Итак, ты поняла, что такое быть человеком? — прямо спрашиваю я у нашего странного гостя.
— Ничего не поняла, — следует ответ.
Да, вдоволь покружившись между людьми, Грибница научилась говорить. Без интонаций, ведь слова вспыхивали прямо в сознании, но зато куда более понятно, чем первоначальная карусель образов.
Мы с Люси невольно раскрываем рты. Так что, целая неделя наблюдения была зря? Нам так и не удастся наладить контакт с Грибницей?
— Вы, люди, совершенно нелогичные, непоследовательные и нерациональные существа, — выдает улитка единым духом. — Вы поступаете неразумно, повинуясь зачастую сиюмитным порывам, игнорируя логику, мнение окружающих, или порой даже действуя вразрез самим себе!
— А говоришь, что ничего не поняла, — улыбаюсь я.
Грибница же всё продолжала. Она будто бы пыталась вывалить на меня весь тот массив данных, который вызывал у неё головную боль и провоцировал всё новые и новые ошибки в мыслительном процессе.
— Вы гордитесь собственными недостатками не меньше, чем достоинствами. Вы любите превозмогать свои слабости, делать «всё сами». Там, где есть уже проторённая дорожка, вы нередко ищете «свой собственный путь». Идёте туда, куда «велит сердце». Ошибаетесь, оступаетесь, сворачивает совершенно в другую сторону, но всё равно шагаете вперёд. Вас нельзя осчастливить насильно. Вы этого просто не принимаете.
На добрую минуту Грибница замолкает. И это в очередной раз подтверждает, насколько фундаментальным оказывается открытие.
