Марк помотал головой.
— Я никогда еще не видел такой гнили. Мне это не нравится. Давайте-ка уносить отсюда ноги.
Никто не спорил, но когда они поспешили пройти заброшенные города и холмы, они еще несколько раз видели пятна отвратительной гнили. По крайней мере, начало светать. Все они чуть ли не валились с ног от усталости, когда они сошли с дороги и очутились среди деревьев на холмистой местности.
— Здесь мы сможем передохнуть, — сказал Марк. Он указал на небольшое возвышение на земле, верхушку которого скрывала пирамида из камней. — А за камнями можно будет укрыться или спрятаться.
Эмма нахмурилась.
— Я слышу журчание воды, — сказала она. — Где-то здесь есть ручей?
— Ты же знаешь, мы не можем пить здешнюю воду, — произнес Джулиан, когда она направилась вниз по склону, следуя за звуком текущей по камням и между корнями жидкости.
— Я знаю, но мы могли хотя бы умыться… — она замолчала. Между двумя низкими холмами протекал своего рода ручей, но вода не была водой. Она была алой и густой. Она лениво и медленно текла между черными стволами деревьев.
— Вся кровь, пролитая на земле, течет в ручьях этой страны, — сказал Марк, подойдя к ней. — Ты сама мне об этом рассказывала.
Джулиан подошел к краю кровавого потока и присел на колени. Он быстро окунул пальцы в поток. Его пальцы окрасились к алый.
— Сгустки крови, — проговорил он, нахмурившись. На его лице отражалась смесь отвращения и восхищения. Он вытер пальцы о траву. — Это что, правда человеческая кровь?
— Так они говорят, — ответил Марк. — Не все реки фейри такие, но они утверждают, что кровь убитых людей льется по ручьям, родникам и источникам этих лесов.
— Кто они? — спросил Джулиан, поднимаясь на ноги. — Кто тебе это говорил?
— Киран, — просто ответил Марк.
— Я тоже знаю эту историю, — сказала Кристина. — Есть разные версии легенды, но я слышала много, и почти во всех говорится, что кровь человеческая, кровь примитивных, — она сделала пару шагов назад и перепрыгнула через кровавый поток, приземлившись в нескольких метрах дальше берега.
Остальные последовали ее примеру, а потом пошли вверх по холму к плоской покрытой травой верхушке, откуда открывался вид на близлежащие деревни. Эмма предположила, что когда-то каменная пирамида была своего рода сторожевой башней.
Они развернули одеяла, которые взяли с собой, и укрылись своими куртками, чтобы согреться. Марк свернулся клубочком и моментально уснул. Кристина легла более осторожно, укутавшись в свою темно-синюю куртку, ее длинные волосы лежали поверх руки, на которой покоилась ее голова.
Эмма нашла себе местечко на траве, сложила свою курту и положила под голову. Ей не во что было укутаться, поэтому она начала дрожать, как только коснулась земли, чтобы аккуратно положить Кортану на ближайший камень.
— Эмма, — это был Джулиан, он повернулся к ней лицом. Он лежал так неподвижно, что она подумала, что он уже уснул. Она уже и не помнила, когда лежала так близко к нему. В свете зари его глаза сияли, словно морские стеклышки. — У меня есть лишнее одеяло. Вот, возьми.
Оно было мягким и серым, тонкое покрывало, которое раньше лежало в изножье его кровати. Эмма изо всех сил старалась избавиться от воспоминаний о том, как она просыпалась, и ее ноги были укрыты этим самым пледом, а она зевала и потягивалась в солнечном свете, наполнявшим комнату Джулиана.
— Спасибо, — прошептала она, кутаясь в одеяло. Трава была мокрая от росы. Джулиан все еще смотрел на нее, его голова лежала на согнутой руке.
— Джулс, — прошептала Эмма, — наши ведьмины огни здесь не работают, клинки серафима здесь не работают, и руны здесь не работают — что все это значит?
В его голосе слышалась усталость.
— Когда я заглянул в таверну в одном из городов, который мы проходили, я увидел нацарапанную на стене ангельскую руну. Она была обрызгана кровью, испорчена и обезображена. Не знаю, что происходило здесь с начала Холодного Мира, но я знаю, что они ненавидят нас.
— Как думаешь, медальон Кристины все еще работает? — спросила Эмма.
— Думаю, здесь не работает только магия Сумеречных Охотников, — ответил Джулиан. — Медальон Кристины был подарком от фейри. Так что все должно быть в порядке.
Эмма кивнула.
— Спокойной ночи, Джулс, — прошептала она.
Он слабо улыбнулся.
— Уже утро, Эмма.
Она ничего не ответила, лишь закрыла глаза, но не полностью, а так, чтобы могла его видеть. Она не спала рядом с ним с того ужасного дня, когда Джем рассказал ей о Парабатаях и их проклятьи, и она не понимала, как же сильно по этому скучала. Она была вымотана, ее усталость сочилась из костей и впитывалась в землю под ней, и ее ноющее тело расслаблялось. Она уже и позабыла каково это, когда она медленно засыпала, а человек, которому она доверяла больше всех на свете, лежал рядом с ней. Даже здесь, в Стране Фейри, где Сумеречных Охотников ненавидели, она чувствовала себя в большей безопасности, чем одна в своей спальне, потому что Джулс был здесь. Так близко, что стоит протянуть руку, и она сможет коснуться его.
