Еда выглядела необычайно вкусной, но у меня не было аппетита. Я наполнила бокал из огромной стеклянной чаши на столе. Музыка зазвучала громче, и фальшивая церемония восхваления наконец-то закончилась. Я повернулась, чтобы посмотреть на эльфинов, играющих на виолончели в углу. Искусство в этом королевстве представляло собой визуальное и слуховое удовольствие. Оно наводило на размышления, и я почувствовала, что у меня нет другого выбора, кроме как обратиться за помощью к Лорду Воздуха. Мне надо найти способ связаться с ним прежде, чем меня изгонят в лес. Я могла бы, по крайней мере, попросить свою лучшую подругу устроить это или, может быть, Эриса. Или просто выйти за дверь и надеяться, что смогу добраться до Дворца Воздуха. Я наливала напиток в бокал с ручкой, когда ко мне подошла наследница.
– Нова. – Я сразу уловила нерешительность в ее голосе. – Я думала, ты будешь счастлива.
Рассмеявшись, я поднесла бокал к губам. Она коснулась моей руки, чтобы привлечь внимание.
– Ты в порядке?
– Сначала они выдергивают меня из моей жизни, утверждая, что я принадлежу этому королевству, потом они говорят мне, что я на самом деле принадлежу Водному Королевству, а затем они хотят, чтобы я притворилась, что не принадлежу Водному Королевству. – Я снова засмеялась, но на этот раз приподняла брови, удивив даже саму себя. – Я и правда очень счастлива.
– Ты знаешь правду о Водном Королевстве. – Айзер нервно оглянулась, чтобы убедиться, что никто ее не услышал.
– Ты теперь думаешь, как они? Ты действительно веришь в то, что все в королевстве такие плохие? – Я не хотела вымещать на ней свой гнев, но я не могла вынести того, что она вдруг стала настолько фанатичной. Чем это отличалось от расизма? Тот факт, что она слепо доверяла их историям и собиралась продолжать эту нелепую традицию, превышал пределы моего терпения. – Знаешь, Айз, самое важное для меня – быть тем, кто я есть.
Ее глаза расширились, как будто мои слова или реальность, в которой мы оказались, потрясли ее. Она задумчиво уставилась на потолок. А я в очередной раз убедилась, что Амон прав: это королевство забирает то, что имеет для нас значение.
– Ты права, – согласилась она, и я глубоко вздохнула. Может быть, и у нее еще есть шанс. – Но так будет проще. Они перестанут придираться и издеваться над тобой. Ты дашь им шанс узнать тебя получше, показать, что ты не такая. И немного отдохнешь.
– Возможно, и так, – ответила я. – Я лишь надеюсь, что от этого не станет хуже.
– Что ты имеешь в виду? – спросила она.
Я почувствовала, как в зале потяжелел воздух. На меня из-за угла смотрел Амон.
– Я имею в виду, Айзер, что когда притворяешься, то либо твоя маска прилипает к лицу, либо маска спадает, и к полу прилипаешь ты. Думаю, мы еще увидим, что из этого получится.
– Я буду рядом, – сказала она.
– Неверные и наследники не могут держаться вместе, Айз. Не думаю, что мы и дальше будем делить одну комнату. – Я отступила назад, сохраняя улыбку на лице.
– Нова… – Она заколебалась. – Мы найдем способ. Позже, когда все уляжется.
И еще одно заблуждение. Все это время я убеждала себя, что она ничего не знает, но ей с самого начала было известно, что если я буду Неверной, то мы не сможем видеться. Я изо всех сил старалась сдерживать себя. Я чувствовала себя преданной и эгоисткой одновременно. Если бы я была на ее месте, если бы меня не возносили так высоко, как ее, возможно, я бы тоже жила настоящим моментом, может быть, тоже обманывала бы себя и делала вид, что все хорошо. Но я была не на ее месте, я была ее полной противоположностью.
– Моя наследница, – сказала Ариана, подойдя к нам. – Милорд хочет представить вам некоторых генералов.
Услышав об этом приглашении, Айзер переводила взгляд с меня на Ариану и обратно. У меня выдалась хорошая возможность спасти ее. Я наконец-то увидела, что стражники покидают зал, и приняла решение так же, как она сделала свой выбор. Я слегка поклонилась Айзер, сказала:
– С вашего позволения, моя наследница. – И двинулась к выходу.
Я понимала,
Мне показалось, что Айзер уже смирилась с этим. Было видно, что она не хотела возвращаться домой, как я. Я лишь спасала ее от угрызений совести.
Я вышла во внутренний двор и огляделась, словно в последний раз. Иконы на стене, сусальное золото и позолота, обвивающие перила. Бархатные ковры на лестнице. Как приятно было ходить здесь, несмотря ни на что.
– Эрис, – обратилась я к стражу, стоявшему перед дверью возле колонн.
– Моя наследница… – Когда он повернулся ко мне, на его лице появилась теплая улыбка. Ну хоть кому-то не было трудно смотреть на меня.
