Помедлив, Кларисса кивнула. То, что говорил демон, вполне соотносилось с трактатами культистов, которые ей пришлось изучать в ходе работы под прикрытием пять лет назад. Ритуал по призыву Багрового демона описывался там в мельчайших подробностях, причем последствиям призыва был посвящен отдельный свиток. В нем действительно рассказывалось, что призванный демон может не прийти в восторг от того, что его оторвали от дел и заставили пахать на культистов, и тому, кто примет ритуальную клятву и загадает желание, важно не повестись на «пустые угрозы».
Так или иначе, у Клариссы не было другого выхода. Нужно было спешить. Она и без того слишком много потратила на бесполезную рефлексию: времени оставалось лишь на то, чтобы оторвать кусок от свитка Дормагаста, схватить валяющийся на полу карандаш — он выпал у нее из кармана, когда культист снимал платье — и оставить записку отцу.
Вот только…
— Но я же ничего не загадывала!
— ЗАГАДЫВАЛА. КОГДА УБИЛА ЕГО.
Дознавательница чуть не выронила карандаш. Ей вспомнилось сползающее на пол тело Дормагаста и собственные слова:
«Багрового демона в задницу всем гнусным культистам…»
Кларисса не планировала что-то загадывать! Ей просто хотелось… наверно, хотелось высказаться после всего пережитого! Пожелание вырвалось как-то само собой!
Вот только древняя магия — магия, способная подчинять демонов и пронзать миры — восприняла ее слова однозначно.
На мрачном, точно высеченном из камня лице демона отразилась печать страдания. Видимо, он все-таки был традиционной ориентации и ничего подобного не хотел.
— ДИТЯ, ТОРОПИСЬ. ЗАМОК РУШИТСЯ. ТВОЯ СМЕРТЬ ЛИШЬ ДОБАВИТ ПРОБЛЕМ.
Дознавательница фыркнула, оценив далекую от сострадания формулировку. Впрочем, она на это и не рассчитывала. Изученные во время работы под прикрытием трактаты гласила, что демоны не смеются, не плачут и, конечно, не знают жалости.
— БЫСТРЕЕ.
— Подожди! Я сейчас!..
«Багр демон потолок падает уходим портал свяжусь Кларисса» — написала дознавательница, огляделась в поисках надежного места, и, не придумав ничего лучше, сунула записку в рот мертвому Дормагасту.
И смело перешагнула мерцающую на полу линию, вступая в ритуальную пентаграмму.
Солнце било в глаза.
Дознавательница зажмурилась от яркого дневного света и закрыла лицо рукой. Потом, чуть привыкнув, убрала пальцы и обнаружила, что ее занесло в большую комнату, вроде гостиной: столик, пуфики, диванчик, кресла, гобелены и картины на стенах, стеллаж с книгами… и светящаяся линия прямо на полу. Не пентаграмма, а именно линия, уходящая в стены — она, видимо, была частью гигантской ловушки для демонов.
Рядом шумно вздохнул Багровый демон. Только что он держал Клариссу за локоть, а второй рукой чертил прямо в воздухе огненный знак. А теперь вот вздыхал как обычный смертный, и оптимизма дознавательница не слышала никакого.
— МОЩНАЯ ЗАЩИТА. ДАЖЕ ТУТ. ОН ВСЕ ПРЕДУСМОТРЕЛ.
Кларисса быстро взглянула на демона, и, фыркнув, попыталась перешагнуть линию. Как бы не так! Пентаграмма не пускала, очевидно, считая, что Кларисса то еще зло. Багровому демону под стать.
— ПРЕДЛАГАЮ ОСТАВИТЬ ВЫЯСНЕНИЕ ОТНОШЕНИЙ НА ПОТОМ. ПОКА ДОСТАТОЧНО ТОГО, ЧТО Я НЕ СОБИРАЮСЬ ПРИЧИНЯТЬ ТЕБЕ ВРЕД. В ДАЛЬНЕЙШЕМ МНЕ ПОТРЕБУЕТСЯ ТВОЯ ПОМОЩЬ. ОБСУДИМ, КАК ВЫБЕРЕМСЯ.
Дознавательница кивнула — она предполагала нечто подобное. Кажется, в свитках культистов попадалось что-то про защиту от необдуманных желаний. Теперь она думала, что этот раздел добавили после истории со Старым Королем.
Следующие пять минут они с демоном посвятили безуспешным попыткам выбраться. Как же! Видимая часть линии отсекала примерно треть комнаты — ту, где были окна и книжный шкаф. Диван, столик, пуфики и пара картин оставались с их стороны. Искать зазоры было бесполезно — тогда их с демоном не затянуло бы в ловушку — а проломить защиту с наскоку не получилось. Покойный Дормагаст знал свое дело.
— ПОПРОБУЮ ОБРУШИТЬ ЗАЩИТУ ИЗНУТРИ, — решил наконец демон. — ПЕРЕГРУЗИТЬ ЕЕ.
С этими словами он подошел к дивану, лег и принялся шевелить пальцами.
Кларисса нахмурилась: пожалуй, она еще не привыкла воспринимать Багрового демона как обычное существо из плоти и крови. И неуверенность в его голосе дознавательнице понравилась не больше, чем привычка колдовать лежа. Сколько он будет тут ковыряться? А что случится, если сломать пентаграмму изнутри не получится?
Впрочем, все это меркло на фоне удивительного открытия — что демон, оказывается, тоже может быть тоже не в восторге от сложившейся ситуации!
— РАЗУМЕЕТСЯ, Я НЕ В ВОСТОРГЕ, — заявил демон. — РИТУАЛ ВЫТАЩИЛ МЕНЯ ИЗ ПОСТЕЛИ ЛЮБИМОЙ ЖЕНЩИНЫ. И ЕЩЕ ТЫ. НА АЛТАРЕ.
Секунду дознавательница осознавала суть претензий, сопоставляя их с собственными воспоминаниями и ощущениями. О, это было несложно — у нее до сих пор болело в местах, о которых не принято говорить.
И ощущения, и воспоминания однозначно говорили о том, что «ритуал» у нее проходил не только с Дормагастом, но и с тем, кого тот призывал. Попеременно.
— Багрового демона в задницу и пятнадцать приспешников сверху!..
— ОСТАВЬ В ПОКОЕ МОЮ ЗАДНИЦУ И ПРИСПЕШНИКОВ!
