Она не задержалась в городе. Ей пришлось спешить почти на другой конец страны, где вскоре предстояло родиться тому, кто открыл ее. Дверь успела, и сама приняла опасные для жизни ребенка роды. Мать ребенка была юной шестнадцатилетней девушкой. Беременность стала досадной ошибкой. Она шла к лесному озеру, чтобы на его берегу родить ребенка и сразу утопить. Но по дороге к озеру ее догнал красивый юноша. Он оказался учеником лекаря. Почему-то она сразу ему поверила и все рассказала. Он обещал помочь и забрать младенца, раз он ей не нужен. Девушка плакала от благодарности, потому что даже боялась представить, как будет топить собственного ребенка.
— Как ты назовешь его, — спросила она юношу, что завернул плачущего мальчика в свою рубашку и собрался уходить.
— Лорим.
— А как зовут тебя?
— Рауки, — ответил он и скрылся в лесной чаще.
Много гостей из Бездны прошло сквозь дверь-тело Рауки. Они входили в тело и жили в нем. Разные сущности из иного мира. Наш Мир говорил с ними, и сам шагал в Бездну, что-то ища в ее глубине.
Рауки был распахнутой в Бездну иного мира дверью, и только ветер внутри. Ветер из Бездны, что не позволял сформироваться его собственному самосознанию. Самосознание вместе с личностью приносили гости.
***
— Лорим рос. Вместе с самосознанием росло ощущение пустоты в душе. Ему не хватало потерянной части себя. Он страдал и страдает сейчас. Но это очень глубоко внутри и почти не проявляется наружу, ведь он мастер. Мастер осознания, который в первую очередь должен уметь владеть собой. Он живет с этой невыразимой болью все эти годы и старается преодолеть, найти себя. Я все ему рассказал. В том числе и слова мальчика об ученике и сыне. Именно поэтому Лорим создал школу, чтобы найти или вырастить ученика, что сможет помочь ему. Именно поэтому он создал семью, в надежде на сына. В любви отдавал всего себя, свои знания, посвящал время. Я смотрел на него, окруженного учениками, и видел, что он счастлив. Помнил ли он, окутанный их любовью, о своей боли и цели, с которой создал школу? Думаю, нет. Он вспоминал об этом только когда оставался один. В итоге все оказалось тщетно и даже трагично. Он перестал брать новых учеников, а когда, повзрослев, ушли последние, совсем закрыл школу и стал искать иной выход. Он научился путешествовать сущностью по иным мирам, но так и не смог найти дороги, что приведет к самому себе, так и не смог вновь услышать Мир, обрести его, хоть и любил всем сердцем.
Вот так, Поль. А тринадцать лет назад Дверь неожиданно закрылась. Я перестал принимать гостей. Во мне стало копиться мое собственное самосознание. С каждым годом я все больше и больше чувствовал себя живым существом. И все меньше и меньше хотел, чтобы Дверь снова открылась. Если она откроется, ветер Бездны разметает мое сознание, поэтому не хочу, чтобы она открывалась вновь.
— Стало быть, мы ровесники, то есть твоей личности тринадцать лет.
— Получается, что так. Только Бездна лишила меня ощущения времени. Как видишь, это отразилось на теле — оно принадлежит вечности.
— Постой! Я как раз вчера читал об этом в книге Лорима. О том, что надо выйти в вечность. Получается, что это можно сделать не только сознанием, но и телом?
— Тело — это соединение сознания Мира и сознания сущности. Когда осознаешь себя вечной сущностью, это неизбежно отражается на теле, потому что через него начинают бежать соответствующие силы. Но надо и сознание Мира в теле вытащить в вечность, а это можно сделать, только став Миром. Быть Миром, значит владеть тем набором свойств и сил, что у него есть. А для начала надо научиться сливаться с ним, становиться одним целым.
— Рауки, а ведь у меня один раз получилось с ним слиться! Тогда я спас Вильку. Он кувыркнулся в фонтан и ударился головой. Он был мертвый, а Мир оживил его.
