— Но ведь пока она подтверждает теорию Колга, причем заметь, теорию, выдвинутую почти восемь столетий назад.
Максим хмыкнул.
— Саш, ты действительно в это веришь? В какое-то мифическое сверхсущество создавшее вселенную?
— В первую очередь я верю в разум и магию цифр, а она пока говорит, что теория имеет право на существование. К тому же сам подумай. Наша вселенная не вечна, когда-нибудь и она схлопнется, а из ее останков возможно возродиться новая.
— И что?
— Да то, что представь каких высот достигнет к тому времени человечество. Сможем ли мы, встретив тех своих потомков назвать их просто людьми, или они будут для нас подобны мифическим богам?
— Думаю, людьми они все равно останутся.
— Спорно, но предположим, что даже и так. Но ответь на вопрос: как думаешь, зная о скорой гибели вселенной люди будут безропотно дожидаться конца или что-нибудь придумают?
— Не знаю, — пожал плечами Максим. — Наверное каждый воспримет это по-своему, кто-то будет спокойно доживать свой век, а кто-то строить ковчег спасения.
— Вот, — воздел указательный палец Александр. — Возьмем вторую группу и предположим, что они спаслись. Ну не знаю, построили суперкорабль, который смог пережить коллапс, переждали конец в параллельной вселенной, или еще что… Главное, что потом они вернулись в новую зарождающуюся вселенную, в тот самый момент, когда она только появилась на свет, когда она еще пуста и безжизненна…
— Погоди, — жестом остановил его Максим. — Как я понял, ты клонишь к тому, что эти выжившие как-то смогли повлиять на мироустройство новой вселенной.
— А тебя это смущает? Да и вообще, может это они сами и сделали так что вселенная вновь произвела свою развертку. А теперь представь, что эти таинственные предтечи были похожи на нас и у них была возможность задать вектор развития разумной жизни в новой вселенной. Поставь себя на их место. Кого бы ты выбрал в качестве образца?
— По образу и подобию, как говорится, — сказал Дорнер, все это время молча слушавший их диалог.
— По образу и подобию, — согласно кивнул Малышев.
— Ну вы и фантазеры.
Максим откинулся в кресле обдумывая услышанное и пытаясь подобрать аргументы против это безумной теории, но желание спорить почему-то совершенно испарилось, да к тому же в этот момент двигатели за бортом дирижабля взревели натужным реверсом, снижая его ход, а еще через мгновение его украшенный причудливой чеканкой металлический нос коснулся магнитного захвата причальной башни.
Город встретил их ветром, холодной изморосью и монотонным гулом оживленных улиц, заполненных разномастным народом и аляповато раскрашенными машинами самых причудливых размеров и конструкций. Спустившись с причальной платформы, они сразу же погрузились в его неутомимую круговерть, слившись со спешащими по своим делам толпами народа, утонув в теплых нутрах его автобусов и дилижансов, чтобы через пару часов вынырнуть в каменных глубинах, расцвеченных ярким неоном рекламных огней.
— Реально, думаешь был смысл в этой нашей беготне? — спросил Малышев, с интересом разглядывая остановившийся на другой стороне улицы длинный приземистый автомобиль.
— А ты действительно веришь, что эти управители от нас так просто отстанут? — вопросом на вопрос ответил Максим.
Все дружно посмотрели вверх, в низкое серое небо, продолжавшее упорно бросать на землю тонкие струйки промозглого дождя.
— Да уж, — скривился Александр, смахивая пальцами со лба холодные капли. — Квазры конечно молодцы, что сбросили нас на технологическую ветку. Думаю, на приемной станции нас наверняка ждали. Но пока хвоста вроде нет. Ким, ты ведь ничего не заметила?
Андроида отрицательно мотнула головой.
— Подозрительные потоки внимания отсутствовали.
— Ну береженного и бог бережет, — Максим огляделся, остановив свой взгляд на довольно обшарпанное здание с несколько покосившейся и поблекшей вывеской. — Кстати, вот и отель, думаю, как раз по нашим финансам.
Внутри гостиницы оказалось все не так уж и плохо. По крайней мере снятые ими комнаты были чистыми и ухоженными, а спешно перестеленное служанкой постельное белье, аж «похрустывало» от накрахмаленной белизны. К тому же постояльцев было немного, брали за постой недорого, а на первом этаже разместился небольшой бар, где можно было выпить кружечку кабусы — местного напитка по вкусу похожего на земной кофе.
Этим же вечером Максим с Сашкой оккупировали один из угловых столиков, решив обсудить свои дальнейшие действия. Дорнер с ними не пошел, сославшись на возраст, усталость и желание побыть в одиночестве, а Кима отправилась исследовать окрестности, дабы произвести рекогносцировку местности и, на всякий случай, разведать возможные пути отхода. Бар был пуст, если не считать их и сидевшего у стены офицера местной полиции, который, сняв свою украшенную красным плюмажем форменную каску, неторопливо поглощал стоявший перед ним суп.
