Кел не мог бы сказать, что ему это не нравилось – поцелуй Лин оказался на удивление приятным, – но он достаточно хорошо знал самого себя и понимал, что пока не нашел того, что искал.
Во всяком случае, кувыркание на койках его не привлекало. В подобном публичном разврате было что-то отчаянное. Когда они с Джерродом направились к бархатной занавеси, отгораживавшей часть помещения, Кел чуть не столкнулся с молодым малгасийским моряком, который поправлял рукав рыже-вато-коричневой куртки. Однако Кел успел заметить свежие следы от уколов на сгибе локтя. Он на мгновение встретил взгляд мальчишки – его зрачки были расширены. Вот так оно и начинается, подумал Кел; скоро этот матрос присоединится к истощенным пристрастившимся, валяющимся в трущобах Лабиринта.
– Значит, это и есть штаб-квартира Бека? – спросил Кел, когда Джеррод отодвинул занавесь.
Он увидел шаткую лестницу. На стенах висели лампы, в углу стояли штабеля ящиков; на ярко-зеленых этикетках было написано: «Поющая обезьяна». Странное название для вина.
Джеррод начал подниматься по лестнице.
– Одна из многих, – ответил он. – Бек не такой, как твой Король Старьевщиков со своим Черным особняком и идиотскими потугами изображать
– И как ты попал к нему на службу? – спросил Кел.
Они поднялись на тесную лестничную площадку. Но Джерроду, похоже, надоела пустая болтовня.
– Не твое дело, – отрезал он и плечом толкнул дверь. Заскрипели ржавые петли.
Пройдя по очередному короткому коридору, они с Джерродом вошли в какую-то комнату. Кел решил, что когда-то она была конторой фабрики. Она напоминала капитанскую каюту: стены были выкрашены в темно-синий цвет и завешаны пыльными картами далеких стран. Большую часть помещения занимал письменный стол из орехового дерева.
Перед столом стоял пустой деревянный стул, а за столом сидел мужчина. Быстро оглядев Кела, он обратился к Джерроду.
– Хорошо, – произнес он гортанным голосом. – Ты его привел.
Значит, это и был Проспер Бек.
Бек оказался крупным мужчиной; для Кела это почему-то стало неожиданностью. У него были широкие плечи, грудь, похожая на бочонок, мясистый нос, неоднократно сломанный и сросшийся неправильно. Квадратная челюсть заросла щетиной. Сюртук из дорогой парчи, алой с серебристым отливом, странно смотрелся на человеке с бычьей шеей и ладонями, напоминавшими по размеру суповые тарелки. В общем, Кел обнаружил, что Бек совершенно не такой, каким он его воображал.
Что ж, подумал он, поделом тебе. Почему твои представления о незнакомых людях обязательно должны совпадать с реальностью?
Кел рассматривал бандита, размышляя, с чего начать. Очень давно, начиная изучать
Итак, Кел мысленно надел свои «доспехи». Вежливые улыбки вместо поножей и латных рукавиц; уклончивые, ничего не значащие ответы вместо наручей; бесстрастное выражение лица вместо шлема и забрала.
– Можно присесть? – заговорил он.
Бек кивнул на стул.
– Садись.
Кел опустился на неудобный деревянный стул. Он чувствовал на себе взгляд Джеррода, который стоял у стены, скрестив руки на груди. Кел был не настолько наивен, чтобы считать, будто за ним наблюдает только Джеррод. Наверняка еще несколько «пауков» были готовы броситься на помощь Беку в случае, если Кел сделает неверное движение. Хотя ему не показалось, что Бек нуждается в помощи.
– Ты кузен принца, – пророкотал Бек. – Анджуман из Мараканда. Какое послание ты принес мне из дворца?
– Я пришел не от имени Дома Аврелианов, – сказал Кел. – Я действую от имени принца Конора. Он не знает, что я здесь. Никто не знает.
«Вот оно», – подумал Кел. Он продемонстрировал свое уязвимое место, выложил карты на стол. Он пришел без поддержки дворца. Он был совершенно один.
– Вот как, – произнес Бек. – Во дворце знают насчет долга Конора? О десяти тысячах крон?
