Ловец Мечей полностью

– Припоминаю, – сказал Роверж-старший, – что, когда встал вопрос о браке короля Маркуса, он выдвинул его на обсуждение в Палате. Он учитывал наше мнение. Не существует союза прочнее, чем брак, а союзы между Кастелланом и иностранными державами находятся в компетенции Совета.

– Вот как? – пробормотал Конор. – И что, вы все собираетесь присоединиться ко мне во время брачной ночи? Нужно составить список, чтобы я знал, сколько ящиков вина заказать.

Роверж-старший улыбнулся одними губами.

– Вы еще молоды, дорогой принц. Это часть вашего знаменитого обаяния. Но когда женятся принцы, в спальне соединяются целые нации.

– Прямо оргия какая-то, – буркнул Фальконет.

Казалет произнес:

– Когда Маркус обсуждал с нами предстоящую свадьбу, отношения с Маракандом были иными. Мы находились на грани войны. Сейчас между нами, естественно, царит полная гармония.

– Но не все проблемы с соседями можно решить с помощью брака, – возразил Конор. – Во-первых, я могу вступить в брак только один раз.

Келу хотелось положить руку на плечо Конора. Он видел, что тот нервно сжимает и разжимает кулаки. Принц позволил членам Совета вывести себя из равновесия. Если сейчас Конор вспылит, Лилибет скажет, что он потерпел поражение. Не смог показать Совету, кто здесь главный.

– Принц прав, – произнес Кел легкомысленным тоном. – Мы же не в Ниеншанце.

Присутствующие рассмеялись. В свое время король Ниеншанца пообещал руку своей дочери правителям нескольких государств и был вынужден выплатить огромные суммы в качестве приданого, когда обман раскрылся.

– Я знаю принцессу Сарта, Аймаду, – сказал Фальконет. – Она красива, умна, получила прекрасное образование…

Леди Аллейн выпрямилась.

– Чепуха! – воскликнула она. – Мы не можем так обращаться с нашим принцем! Навязать ему какую-то вульгарную девицу из Сарта? Я категорически возражаю.

– Джосс, ваша сестра замужем за сартским герцогом, – строго произнес Сарду. – Вы не объективны в этом вопросе. Союз с Сартом выгоден вашей семье.

Джосс улыбнулся с невинным видом.

– Поверьте, Полидор, это даже не приходило мне в голову. Я думал о будущем Кастеллана. Наши распри с Сартом опустошают казну, не так ли, Казалет?

– А как насчет Вальдерана? – перебил его Эстев. – Этот союз может быть очень выгодным во всех отношениях.

– Подумайте о лошадях, – сухо произнес Фальконет. – Столько лошадей.

Эстев бросил на него злобный взгляд.

– Возможно, Фальконет не объективен, – сказал Роверж, – но Сарт действительно является нашим ближайшим соседом, и не будем забывать о животрепещущей проблеме бандитов. В прошлом месяце я лишился целого каравана с порошком индиго.

Ролант Казалет извлек из кармана золотую табакерку.

– А что вы думаете насчет Малгаси? – спросил он, засовывая в нос щепотку измельченных листьев и трав.

Такую смесь можно было приобрести у ашкаров на городском рынке. Она была в некотором роде магической, подобно «декоративным каплям», которые молодые аристократы закапывали в глаза, чтобы придать зрачкам форму звездочек, сердечек или листьев.

– Их золото обогатит нашу казну и расширит торговлю…

– Мои источники при малгасийском дворе сообщают, что королева Ирен, возможно, скоро отречется от престола, – заявил Монфокон.

– Как странно, – сказал Майеш. – За последнее десятилетие ей удалось существенно укрепить свое положение. Обычно люди по доброй воле не отказываются от власти.

– А может, она устала быть королевой, – заговорила Антонетта. – Может, ей хочется заняться любимым делом.

Леди Аллейн поморщилась.

– Антонетта, что ты можешь знать о власти и политике? Держи рот на замке и слушай, что говорят старшие, девочка моя.

Кел смотрел на Антонетту, едва сдерживая раздражение. Почему она все время старается выставить себя дурочкой в обществе? Уже в двенадцать лет она превосходно разбиралась в политике и торговле. Его удивляло: неужели другие не понимают, что с тех пор она никак не могла поглупеть?

Их взгляды встретились, и Антонетта изобразила милую, чарующую, слегка сконфуженную улыбку. Эта улыбка согрела его – а может быть, его просто бросило в жар от возмущения.

– Ирен оставляет трон не по своей воле. Говорят, она смертельно больна, – объяснил Монфокон. – А это означает, что страной скоро будет править принцесса Эльсабет. Если мы хотим получить малгасийское золото, надо поторапливаться.

– Как это меркантильно, Люпен, – пробормотала леди Аллейн. – И как будет довольна Лилибет, когда в Маривенте появится еще одна королева. Вы обо всем подумали.

– Говорят, при тамошнем дворе царит хаос и династия Белмани не пользуется большой популярностью в стране, – заметил Распай. – Майеш, что говорят ваши сородичи из Фавара? Есть новости?

– В Фаваре нет ашкаров, – ровным тоном произнес Майеш. – Нам запрещено селиться в Малгаси. Ашкары могут только проезжать через страну по Золотым Дорогам.

Кел нахмурился. Возможно, ему говорили об этом, но он забыл. По выражению лиц членов Совета он понял, что они тоже этого не знали.

Распай равнодушно пожал плечами и сказал:

– А как насчет Кутани? Если дело в деньгах, то золота у них больше, чем у прочих. А их принцесса…