За стёклами очков стадион расплывался. На голубой воде откуда-то возникли красные круги. Сознание билось в истерике. Он не мог просто так сдаться!
После сигнала Эспер не прыгнул — свалился в воду. По крайней мере, ему так показалось, но прыжок вышел на удивление ровным. Он ещё мог притворяться, что всё в порядке. Главное не допускать ошибок. Каким-то чудом сразу же вырвался вперёд. Если он будет плыть очень быстро, есть шанс, что на его рану просто никто не обратит внимание. Прострел в левой ноге вынудил стиснуть зубы до ломоты в челюстях. Всего двести метров — должен справиться, он почти прошёл первую дорожку. Вода наполнилась яркими вспышками, а затем почернела. Звуки доносились до него, как будто издалека, а само помещение готово было провалиться куда-то вниз.
Ну нет, пожалуйста, нет, нет!!! Только не сейчас!
В тот момент за ним наблюдал целый стадион. Сквозь меркнущее сознание Эспер видел, как вода бассейна вокруг окрашивается кровью. Успел удивиться, что та не розовеет как во снах, а приобретает насыщенный красный цвет. Пока в глазах окончательно не потемнело.
Тут что-то изменилось в общем гвалте, и Эспер понял, что причина в нём. Раздался женский пронзительный крик, и всё разом стихло. Осталась только пульсация крови в голове.
* * *
Некоторое время назад
Эспер не представлял, как это выдержал.
Вернувшись с работы, мистер Бауэрман направился прямиком к дивану в гостиной, на ходу делясь впечатлениями от прошедшего дня. Не успев снять пиджак и галстук, мужчина тут же включил любимый канал и вытянул ноги в тапочках. Велико было его удивление, когда он увидел Эспера, за которым в комнату внеслись корги.
— Эспер? Что ты здесь делаешь, сынок? — мистер Бауэрман даже сел прямее, хотя из-за массы тела ему было это непросто сделать. — Ты разве не должен быть в тренировочном лагере?
Самое мерзкое — сейчас посыплются вопросы: почему ты здесь, что случилось?.. Не хотел ведь ехать. Дедушка уговорил, к тому же он давно не был дома.
Первое время Абигейл часто стучалась к нему в комнату, пару раз она вошла без стука. Он натягивал на глаза маску для сна, делая вид, что спит, и игнорируя все её порывы пообщаться.
Суббота. Он не хотел считать дни, но в своём желании он явно не преуспел. Каждая секунда превращалась в минуты, минуты — в часы, часы — в дни. Так всё время проходило в ожидании неизвестно чего. Послезавтра на работу. И больше никаких тренировок, никакого Клуба по плаванию, тусовок с ребятами в кафе Аманды.
Он собирался взять у деда пикап, чтобы добраться до Лондона, отец ни за что не подпустил бы его к своему автомобилю, боясь, что Эспер её угробит. Он опять поднял тему покупки машины: у него уже было достаточно средств, чтобы взять кредит, — каждый раз его отец реагировал странно и тут же жаловался, что Эспер своими «играми» вызывает у него мигрень.
У него уже здесь крыша ехала. Почти всё время он проводил за компьютером или в планшете — за играми или общаясь со своими подписчиками. Залил несколько летсплеев. Мама предлагала ему выйти на улицу — подышать свежим воздухом или пройтись до супермаркета. Эспер брал с собой планшет и шёл.
Планшет… телефон, даже свой старенький плеер 2007 года, — что угодно, что позволяло ему отвлечься.
На автомате.
Каждый вечер он пил бренди с бабушкой и дедом, до поздней ночи они играли в карты, смотрели какие-то шоу и ситкомы. Бабушка Гленда знала, наверное, больше сотни анекдотов, она постоянно курила и сыпала остротами или цитировала актёров из комедийных сериалов. Она баловала его любимыми молочными напитками со вкусом шоколадных батончиков и пыталась вникнуть в игровые термины, когда ему было не лень обсуждать свои видео.
Сразу же после приезда, как только он почувствовал, что к нему снова вернулись силы, он занялся уборкой в своей бывшей спальне, обошёл городок, фотографируя, наверное, всё подряд. Собаки постоянно были подле него. Казалось, если он останется один хотя бы на минуту, и хотя бы минуту за ним никто не будет присматривать или ему нечем будет заняться, он сойдёт с ума. Размышляя о том, что произошло; медленно и мучительно изводя себя.
В первый же вечер, застав отца в гостиной, он рассказал, что его отстранили от тренировок. «Порадовался» вместе с мистером Бауэрманом, который был несказанно рад, что теперь у его сына освободилось время для более важных занятий. Можно подумать, отец видел его руководителем одного из отделов. Но Эспер не хотел никем руководить, он просто хотел плавать… хорошо, он просто хотел работать там, где сейчас. Место личного помощника директора крупной дизайнерской компании его полностью устраивало. Даже тот факт, что Эспера выгнали из лагеря за драку, мистера Бауэрмана нисколько не огорчил.
От Абигейл ему достались поджарая стройная фигура, в остальном он был похож на отца, те же карие глаза и тёмные волосы, разве что не был склонен к обильной волосатости так, как Бауэрман-старший.
