С каждой минутой Фердана выглядела всё более довольной. Судьи мрачнели. Гул в помещении почти не прекращался. Верховному судье неоднократно приходилось восстанавливать тишину в зале суда.
Деланей была убита с особой жестокостью. Женщина узнала о том, кем является Райвен, из материалов, оставленных её мужем. Пытаясь избавиться от свидетеля, который мог разоблачить его планы, Райвен Дэвис немедленно расправился с Деланей. Материалы так и не были обнаружены.
В зал был вызван следующий свидетель со стороны обвинения. Тот самый «наблюдатель», о котором предупреждал в Манчестере Райвен. Предатель Модест Шоу. Он детально рассказал, что происходило на благотворительном приёме, описав все передвижения главы компании. Они слегка повздорили, и он решил отыскать Райвена после ужина. Он знал, где остановился его бывший коллега, и припарковался рядом с гостиницей. Он хотел минимум огласки и свидетелей, при этом он не слишком хорошо соображал. Вскоре Райвен покинул гостиницу и сел в такси, и тут открылись страшные факты. Дальнейшие действия Райвена настолько шокировали Шоу, что слова до сих пор давались ему с трудом. У обвинения было немало улик: пуля, застрявшая в стене спальни, обнаруженная при обыске дома, пистолет, из которого она была выпущена. Следы крови Деланей были обнаружены в здании резервуара рядом с океанариумом, кроме того поддельное приглашение в командировку, отправленное с одного из IP-адресов Райвена. Свидетель описал, что он слышал крики и шум борьбы в вечер субботы, видел, как Райвен затолкал Деланей Аддерли в машину. Мужчина проследил за ними, следуя на своём минивэне. По его словам, он находился внутри здания, когда Райвен сбросил миссис Аддерли в резервуар с белой акулой, после чего тот спустился по лестнице, забрал её туфли и скрылся. На вопрос судьи, почему он не попытался спасти миссис Аддерли, свидетель ответил, что появился слишком поздно, кроме того он сильно перебрал. Шоу клялся, что не проходило и дня, чтобы он не винил себя в случившимся.
Освещение воды было отключено в тот момент, но мужчина подтвердил, что видел кровь, слышал женские крики и видел акулье тело, кроме того он был свидетелем разговора преступника и жертвы. После чего всё затихло.
Обвинению удалось представить суду фрагменты платья как очередное доказательство, а также результаты экспертизы.
Эспер вцепился в деревянную спинку сиденья перед собой. Глаза застилала пелена, он почти не видел лица Райвена в тот момент.
Обвинение настаивало на применении смертельной инъекции за особо жестокое обращение с миссис Аддерли и сознательное нарушение всех мыслимых правил. Никаких послаблений здесь быть не могло.
У Эспера вырвался вздох.
— Нет, вы не можете, — он уже готов был сойти с трибуны, но тут его схватил за локоть переводчик.
— Сядь! Сядь.
Эспер не верил в происходящее. Это всё чей-то розыгрыш!
— Половина обвинений сфабрикована!
Райвен перехватил его взгляд, или ему только так показалось.
— Синьор Бауэрман, это уже второе замечание! — взревел Верховный судья, пунцовея.
— Вы не имеете права голоса, уймитесь, — напомнил ему переводчик, усаживая обратно на место на трибуне.
На мгновение небо и земля поменялись местами, Эспер понял, что начал ловить ртом воздух. Ему вдруг стало плохо, всё потемнело перед глазами. Эспер лёг головой на руки, переводчик похлопал его по спине, после чего протянул воду.
Судьи принялись совещаться, в зале поднялся тихий рокот. Верховный судья ударил молотком, предлагая взять слово защите.
Процесс шёл уже минут сорок, как мистер Гвидиче пригласил в зал третьего свидетеля со стороны защиты.
Послышался звук открываемых дверей.
В этот момент Райвен закинул ногу на ногу и, облокотившись на подлокотник кресла, коснулся пальцами губ. Эспер заметил мелькнувшую улыбку, или что это было — галлюцинация?
Почти за сорок минут Райвен не проронил ни слова, он словно вообще не участвовал в обсуждении, и только сейчас он оживился.
Эспер открыл, было, рот, да так и остался сидеть.
Как?!
Уверенно ступая по проходу в сопровождении сотрудника охраны, в зал суда вошла Деланей Аддерли.
Первым делом женщина поднялась в ложу к Райвену, при виде мужчины на её губах возникла сдержанная улыбка. Деланей встала рядом с креслом, в котором сидел подсудимый. Не обращая внимания на наручники, тот взял её ладонь в свою и поднёс к губам.
Мёртвая тишина взорвалась шквалом голосов. В зале поднялся такой оглушительный рокот, что Эспер не услышал своего переводчика.
— Тишина в зале суда! — раздался стук молотка. Эспер столько раз уже слышал эту фразу, что ему уже не требовался перевод.
Мистер Гвидиче предложил Деланей подняться на специально отведённое место для оратора.
Заговорил Верховный судья. Англоговорящий специалист начал синхронный перевод.
— Свидетель, клянётесь ли вы говорить только правду и ничего кроме правды? — суд обратился к Деланей, стоящую в центре зала за деревянной трибуной на возвышении.
— Клянусь, ваша честь.
— Синьора Аддерли, вам нужно предельно честно отвечать на мои вопросы. Вам всё понятно?
— Да, ваша честь.
Это какое-то наваждение!
