Вот и эта звёздная ночь обещала прекрасный рассвет, который, увы, превратится в очередной жаркий день. Перед рассветом сержант Безгодков подменил часового и прохаживался взад-вперёд вдоль позиций боевого охранения, наблюдая за окрестностями. Блестящими глазами он всматривался в темноту, ожидая рассвета. Вначале всё было трудно различимо. Далеко в ущелье, в предгорьях вдоль Сурубийской долины, ещё лежал полумрак. Вскоре начали выделяться вершины гор, а на посветлевшем небе заполыхала зарница. Заря начинает стремительно разгораться, и на скалы ложится мозаика из солнечных бликов.
На миг Безгодкову представилась картина из его детства, когда родители переехали в Киргизию. Тогда он впервые любовался рассветом в горах. Перед глазами всплывал луг с ковром из цветов. Ему запомнилось, как тихий свет солнца отражался в капельках росы на цветах и вспыхивал тысячами ответных маленьких солнышек. Но здесь все цветы и трава выгорели. Даже ячменное поле напротив реки Кабул преждевременно пожелтело. Его колоски рассыпали на землю, словно дробь, свои зёрна. Зелёная трава росла только вдоль реки.
Так в раздумьях он встретил радостный момент рассвета. К пяти часам солнечный диск из мягкого, жёлто-красного превратился в раскалённо-белый, на который уже невозможно было смотреть. Всё громче раздавалось жужжание назойливых мух и шорох проснувшихся насекомых, среди которых Безгодков чётко улавливал шуршанье фаланг и скорпионов. Вся природа изнемогала и тяжело переводила дыхание. Чем горячее становился воздух, тем больше появлялось мух и насекомых, пытающихся спрятаться где-то в тени. Их было множество, и они мешали спать людям.
«Надо будет с утра всех насекомых снова поглушить и попытаться уничтожить единственным надёжным способом, который мы придумали, находясь на посту», — подумал Юра Безгодков.
Когда солнце, поднявшись над горами, своими лучами коснулось территории поста, оно уже превратилось в привычный сгусток пожирающего всё огня.
Было ещё рано, но от надоедливых мух Владимир Годына проснулся. Солнечные лучи ярким светом заливали всю его комнату. После напряжённых дней он лёг рано и наконец-то по-человечески выспался. Немного полежав, обдумав план на новый день, проанализировав вчерашний, он поднялся и быстро вышел освежиться в обновлённый бассейн. Умывшись, он услышал рядом с постом прерывистое гудение мотора, которое издаёт машина, разворачиваясь на узкой дороге или дороге с препятствиями. За ней он уловил звук, который издаёт бронетранспортёр. Гудение моторов приближалось и через несколько минут всё затихло, кто-то остановился рядом со шлагбаумом у въезда на территорию поста. Оставив полотенце у бассейна, старший лейтенант Годына поправил форму и быстрым шагом направился вниз, к дороге. У поста остановилась Тойота, принадлежавшая дуканщику Абдулахаду, и боевая разведывательно-дорожная машина, из которой на землю спрыгнули два человека в афганской военной форме без знаков различия. В них командир роты узнал советников КГБ в местном отделении госбезопасности Афганистана ХАД.
Первым гостей заметил находившийся в это время рядом механик-водитель командирской машины и переводчик командира роты рядовой Файзуло Тахтамурадов.
— Ас-саляму алейкум! — поприветствовал прибывших с визитом Файзуло.
— Ва-алейкум салям! — ответил дуканщик, а затем, увидев подходящего командира роты, широко заулыбался, блеснув белоснежными зубами:
— Доброе утро, командир «Сахиб»!
Смуглое лицо Абдулахада, обрамлённое седеющей бородой, под косыми лучами утреннего солнца казалось бледным. Его чёрные глаза пристально, но дружелюбно смотрели на ротного. В это же время к ним подошли Михаил и Фарид, советники КГБ. Они крепко пожали старшему лейтенанту руку (так приветствуют друг друга старые знакомые). Пока Абдулахад беседовал с Файзулой и Юрой Безгодковым, Фарид спросил у командира роты:
— Не замечали что-либо подозрительное на караванной тропе?
— Да нет, всё по-прежнему, — ответил Годына.
— Надо усилить бдительность. По информации агентов ХАД, прохождение весьма серьёзного боевого каравана, которому уделяется особое внимание в Пакистане, ожидается в конце недели. Контрразведка вашей дивизии держит этот вопрос на контроле. Мы с ней организовали взаимодействие. Для уничтожения каравана будут выделены силы и средства из дивизии, скорее всего, разведывательного батальона, — подчеркнул Михаил.
— Ладно, Миша, брось загружать командира. Он всё уловил. Время ещё есть, давай лучше о приятном, — с весёлой ноткой в голосе проговорил Фарид, положив руку на плечо командира роты.
— Слушай, Володя, — серьёзным тоном продолжил Фарид, — Абдулахад будет приглашать сегодня к себе в гости на обед. Отказываться нельзя. Обязательно надо будет идти. Иначе по местным обычаям и законам Ислама это неуважение к хозяину. Он наш человек и давно сотрудничает с ХАД. Мы его сына рекомендовали для учёбы в одном из высших учебных заведений Советского Союза.
