Через десять минут вместе с лейтенантом Забелиным и двумя солдатами выдвинулись на выносной пост. Поднимались прямой лощиной, которая вывела на узкий гребень, образованный из каменных плит. Справа был склон, образованный из-за обвалившихся в древности скал. От него открывался вид на реку Кабул, а также большую долину, вдали которой были видны цитрусовые сады. Слева была крутизна, которая с подъёмом вверх становилась всё круче. Подниматься было тяжело, но вскоре достигли высоты, где на небольшом плато размещались миномёт, крупнокалиберный пулемёт и АГС-17. Здесь же были позиции снайпера, стрелков и наблюдательный пункт. Приняв доклад сержанта, старшего выносного поста, ротный осмотрел пост и открывшуюся величественную красоту мощных и неприступных, лишённых растительности гор. Этот пост был чем-то похож на самый высокий выносной пост перед серпантином. С него была хорошо видна, с одной стороны, Сурубийская долина, с другой, кишлак Гагамунда со всеми домами. В стороне трассы Кабул — Джелалабад открывался великолепный вид на древнюю караванную тропу, уходящую вверх вдоль высоких гор за дальние белоснежные хребты, откуда уже несколько тысячелетий в центр территории Афганистана шли караваны. По этой тропе в древности проходили и войска Александра Македонского. Многие века это был один из главных торговых маршрутов. К огорчению, с началом вооружённого конфликта со стороны Пакистана по этой тропе вместо мирных торговцев пошли караваны с оружием, чтобы сеять смерть.
Обходя позиции вместе с лейтенантом Забелиным, старший лейтенант Годына спросил у старшего выносного поста:
— Так что Вы заметили сегодня с утра подозрительного?
Сержант, щурясь от солнца, посмотрел на окутанные пеленой облака, которые казались совсем рядом, затем рукой показал в направлении тропы, где ночью была засада разведчиков и ответил:
— С самого утра вот в том направлении по тропе на ишаке верхом проехал человек, а около часа назад двое пастухов гнали небольшое стадо овец.
— Ясно, давай посмотрим с удобного места, откуда можно вести обзор, — ответил ротный, подходя к скале, где был наблюдательный пункт.
Сержант хотел протянуть командиру роты бинокль, но тот бросил взгляд через плечо на позади стоящего снайпера и попросил:
— Дай свою винтовку!
Снайпер подал старшему лейтенанту Годыне снайперскую винтовку Драгунова. Взяв винтовку, Годына вскинул её, прижав к плечу приклад, и прильнув глазом к прицелу, стал рассматривать местность.
Сейчас ни камень, ни кустик, ни тень не ускользнут от его взгляда. Он понимал, что крайне важно тщательно осмотреть всё, не упустить никакие подозрительные предметы. В прицеле было видно, что в направлении предполагаемого прохода каравана русло высохшего ручья было рассечено большими и малыми переходами высот. Оторвавшись от прицела, он передал снайперу винтовку и взял у сержанта бинокль.
— Товарищ старший лейтенант, — предложил ему старший выносного поста, — давайте сюда, наверх!
Он указал на место у самой верхней точки, где обычно несли боевое дежурство наблюдатели.
Вскарабкавшись на скалу, где с вершины трёхметровой стены всё просматривалось гораздо отчетливее, он стал всматриваться в окуляры бинокля. Теперь уже он стал передвигать бинокль горизонтально и вертикально, но всего лишь на половину поля зрения. Такой приём позволяет каждый участок местности осмотреть дважды. Годына стал терпеливо вести осмотр всего шероховатого склона каменной террасы, где ночью находились огневые позиции разведчиков, напряжённо всматривался в ничем не примечательный сухой ручей, изучил широкое плато, расположенное вдоль засады. Ниже, у сухого каменистого русла, проходила сама тропа, на которой сапёрами были установлены мины. Командир сапёрного взвода, стоя на небольшом удалении от Годыны, тоже ничего подозрительного не заметил. Тогда командир роты перевёл бинокль на трассу, потом на туннель, около которого тропа переходила дорогу и шла к месту, где ему предстояло выставить боевые машины пехоты и организовать последний решающий бой. Рекогносцировка была проведена заранее, но, тем не менее, он спросил у лейтенанта Забелина, находящегося рядом с ним:
— Товарищ лейтенант, запомнили место, где будут находиться две БМП-2 из Вашего взвода и их сектор обстрела?
— Так точно! Я с утра ещё раз провёл занятие с экипажами боевых машин. Каждый знает свое место, — ответил лейтенант Забелин.
— Хорошо! — ответил командир роты, всматриваясь в мёртвое пространство между предполагаемым прохождением группы обеспечения маршрута и проводки каравана и местом позиций боевой группы роты, где он со своими бойцами должен будет захлопнуть довушку для каравана.
