Колонна 781-го отдельного разведывательного батальона покидала уездный город Суруби, когда ещё было светло. Все, кто привлекался к операции, были уже рассажены на бронетранспортёры третьей разведывательной роты, следующей в замыкании колонны. Ехали обычно, не спеша, как на марше. На посту четвёртой мотострелковой роты, где находился командный пункт, боевая машина с командиром батальона резко повернула на территорию поста, а колонна проследовала дальше.
Начинало уже темнеть, горы и дорогу освещали последние лучи заходящего солнца. Подъехав к тоннелю, колонна сбавила ход. Первые две роты на БМПшках медленно, не останавливаясь, проехали тоннель. Бронетранспортёры третьей роты притормозили в середине тоннеля, где разведчики на ходу высадились и затаились вдоль стен тоннеля. Выехав из тоннеля, колонна рванула в сторону Кабула, а разведчики немного выждали и под покровом темноты выдвинулись на заранее подготовленные боевые позиции к месту засады. Плато и тропа у сухого ручья, где по замыслу должен был попасть в ловушку караван, просматривались как на ладони.
Сапёры, проверив свои минно-взрывные заграждения, дополнительно установили в центре и на предполагаемом участке прохождения группы прикрытия каравана дополнительные фугасы, а с двух сторон от центра, на расстоянии пятьсот метров, сигнально-осветительные мины.
Для уничтожения группы прикрытия на удалении от основных сил в развалинах старинной разрушенной сторожевой башни на господствующей высоте позиции заняла боевая группа в составе взвода из снайперов, пулемётчиков и расчёта автоматического гранатомёта АГС-17. Командиры ещё раз проверили у каждого бойца секторы ведения огня, приборы ночного видения НСПУ на стрелковом вооружении. После чего установили непрерывное наблюдение за тропой и ущельем, ожидая появление каравана. По установленному сигналу и срабатыванию минно-взрывных заграждений, когда основные силы каравана втянутся на всю глубину засады вдоль тропы у сухого русла, они должны внезапно нанести сокрушительный удар.
Все бойцы-разведчики замерли в камнях.
На этот раз уже никто не сомневался, что схватка с врагом неизбежна. Вступить в этот решительный бой на караванной тропе были готовы все. Бойцы лежали на тёплых, ещё не остывших от жаркого дневного июльского зноя камнях. Земля и камни отдавали тепло, чувствовалась духота, которая вскоре начала уступать место ночной прохладе. На чистом тёмно-фиолетовом небе над горами начали зажигаться первые звёзды, количество которых непрерывно увеличивались. Вскоре они заполнили весь небосвод.
Ждать пришлось сравнительно недолго. Однако после прошедшей ночи, эти три с лишним часа для разведчиков, сапёров, бойцов мотострелковой роты старшего лейтенанта Годыны и тех, кто находился на командном пункте у экрана аппаратуры, тянулись медленно. Для всех наступила решающая ночь.
«Тишина странная какая-то, далеко ли этот долбаный караван? Сколько ждать ещё?» — про себя ворчали разведчики, всматриваясь в темноту.
Как и в прошедшую ночь, от напряжения стали затекать руки и ноги.
— Молчите и будьте начеку! — шёпотом отвечал командир.
Весь июнь месяц в долинах и предгорьях, на границе Пакистана с Афганистаном стояла жара. Ни разу землю не освежило дождём. Однако для всех, кто находился в этих местах, это было обыденно и привычно.
На протяжении недели до отправки в провинцию Кабул Демократической республики Афганистан каравана с оружием и террористической группой в живописном месте предгорья, покрытого хвойным лесом, кипела работа. Начальник одного из главных центров подготовки моджахедов, подчинённых Исламской партии Афганистана, Саид Ашраф и начальник каравана Хабибуло, совместно с представителем пакистанской разведки ни на минуту не прекращали свою бурную деятельность по подготовке каравана.
В резиденции Усамы бен Ладена было подобрано более сотни лучших арабских верблюдов, вьючных лошадей и мулов. Отбор животных проводил начальник каравана. Вся большая, оборудованная площадка, окружённая забором, была заполнена верблюдами и другими вьючными животными, пригнанными из стран Ближнего Востока.
