И в его взгляде то же восхищение, промелькнувшее на секунду, когда он рассказывал о светлой искорке, покорившей его так давно. Обо мне.
Крошечное движение — и вот уже его губы обжигающе-горячие под моими губами, и темная сила чуть покалывает, щиплет язык. Я понимаю, что это значит, и готова покориться своему Охотнику. Отдаться страсти и нежности, раскрыться, слиться воедино. Опуститься на теплую землю, прогретую жарким солнцем юга, и, широко раскрыв глаза, впустить в себя тьму. Вдохнуть, принять. Наполниться ею, не бесстрастной и бесплотной, а горячей и живой.
Тьмой, опьяненной моим светом.
И отчего-то кажется, что именно этого, именно его я ждала и искала всю свою жизнь.
***
— Сомнительное решение, — голос Шанса, равнодушный вопреки всему, заставляет меня вздрогнуть. Под взглядом разведчика Черной банды, цепким и понимающим, становится отчаянно неуютно.
Я стягиваю блузу на груди, подавляя желание снова скрыться в шалаше-убежище. Даже встрепанный Бряк, усевшийся на плече Шанса, кажется крайне недовольным.
— И давно вы здесь? — вздергиваю подбородок, чтобы скрыть смущение.
— Не очень, — разведчик спокоен, а вот Бряк нервно дергает ушами, принюхиваясь. — Догнать вас было нетрудно.
— Я вижу. Что, преследуешь по приказу мастера? Хотя сам же и отпустил?
Мысленно тянусь к демону, нащупываю краешек нашей связи. Хоть Шанс и не пытается напасть, мне все равно не по себе вот так стоять одной, до бесконечности перебирая в голове варианты того, что же еще может хотеть от меня Черный Пепел.
Чего же еще я ему не отдала?
— Черный Пепел здесь ни при чем, — качает головой Шанс. — Я пришел один.
— По собственной воле? — скептически фыркаю я. — Как будто я не знаю, как мало свободы дает мастер своим подчиненным колдунам.
— Подчиненным — да. Но не все в банде одинаково связаны, тебе ли этого не знать, ведьма, которую когда-то звали Черной Луной. Не ты ли ушла, когда посчитала нужным? И не тебя ли никто не преследовал? Так зачем начинать же сейчас.
— Может, ситуация изменилась.
— И поэтому я здесь, — снимая с плеча не сопротивляющегося Бряка, разведчик вручает его мне. — Банда на севере не выгодна никому. Тем более банда с Безмолвным Ужасом во главе.
Я вздрагиваю. Имя колдуна-убийцы, казалось бы, давно должно было потерять свою власть надо мной. Потому что была эта теплая южная ночь, была нежность, было тихое счастье… но сердце все равно сжимается, а руку пронзает несильная, но назойливо-тянущая боль Последнего Желания.
Снова он.
— Он мертв, — тихо говорю я. — Безмолвный Ужас мертв. Город во власти другого колдуна, колдуна сильного, злого и жестокого. Колдуна, не останавливающегося ни перед чем, колдуна, презирающего законы природы… законы нашего мира. Колдуна, создавшего монстров — не тварей и не людей. Вот, что там на севере, Шанс.
— Ну тогда, — голос разведчика все так же ровен, — тебе тем более не помешает помощь.
***
***
В первую секунду мне кажется, что я ошиблась, свернула не туда. Ярмарка, привычная ярмарка, с ее пестрыми шатрами и обманчиво-услужливыми обитателями, пропитанная благовониями, дымом и остаточной тотемной магией множества колдунов-изгоев, превратилась в маленькую крепость. Щерится острыми концами ветвей живая изгородь из пропитанного магией кустарника, светится колдовским светом, отпугивая нежданных гостей с равнин. Тут же и ров, на дне которого я кожей чувствую едва присыпанную землей цепочку сильных заклятий-ловушек. Тварям не пройти… да и мне было бы непросто.
Воздействие чужеродных энергий, сплетенных воедино, неожиданно ослабляет, отзывается в голове ноющей болью. Глаза неприятно пощипывает, и я морщусь, оборачиваясь на своих спутников. Демон и Шанс, всю дорогу не выпускавшие друг друга из виду, разглядывают брешь в заслоне, починкой которой сейчас заняты двое пограничников в форме при поддержке трех городских магов.
Мое приближение заставляет одного из ярмарочных обитателей поднять голову.
— Их велено пропустить, — не нам, а пограничникам, сообщает он.
Те неохотно отступают, особенно неприязненно поглядывая на Шанса. Еще бы, силу скаута Черной банды трудно не почувствовать.
— Командный штаб в центре, в желто-красной палатке, — бурчит один из них. — Капитан с вами разберется.
И вот так, без досмотра или сопровождения, нас пропускают внутрь.
Я иду впереди, Шанс за мной. Демон, вновь изображающий Теня, чуть отстает, чтобы перекинуться парой приглушенных слов с пограничниками.
Смотрю по сторонам и не перестаю удивляться, как же люди умеют выживать и приспосабливаться. Когда-то ведь и Последней войны не было, и демонов. Не было колдунов и ведьм, не было магии в привычном для нас понимании. А потом в один день все рухнуло — и выстроилось заново, преобразилось. Люди выжили, адаптировались, нашли свое место в новом мире.
