А тут еще обнаружилось немало злоупотреблений в период денежной реформы и отмены карточек на продовольственные и промышленные товары. Был выявлен широкий круг высокопоставленных лиц, располагающих крупными суммами денег, пытавшихся в период денежной реформы сохранить их полную стоимость. В этих целях, используя служебное положение, они вкладывали нажитые преступным путем деньги в кассы магазинов, учреждений, а также в отделения Госбанка, оформляя эти операции задним числом.
Телефонный звонок заставил его отвлечься от изучения документов.
– Слушаю, – произнес Круглов.
– Добрый вечер, Сергей Никифорович, это вас Поскребышев беспокоит.
– Да, я узнал вас, Александр Николаевич.
– Вы не могли бы сейчас подъехать к Иосифу Виссарионовичу?
«Ох уж эти вежливые обороты личного помощника товарища Сталина. Попробуй возрази!»
– Уже одеваюсь. А вы не могли бы мне подсказать, по какому именно вопросу меня вызывают?
– Иосиф Виссарионович вам скажет об этом лично! Машина за вами уже выехала!
В глубокой задумчивости Сергей Круглов положил трубку: не так часто руководитель страны вызывает его к себе посредине ночи.
– Что-нибудь случилось? – встревоженно спросила Таисия.
– Меня вызывают к Сталину… Видно, что-то важное. Не переживай, все в порядке, – улыбнулся Сергей Никифорович, пытаясь успокоить жену. В дверь негромко постучали.
– Кажется, машина за мной приехала. – Генерал-полковник Круглов скорым шагом вышел из кабинета.
– Как добрались, товарищ Круглов? – спросил Иосиф Виссарионович, пожимая ладонь министра.
– Сейчас безлюдно, получилось доехать быстро, товарищ Сталин, – бодро ответил Круглов.
Иосиф Виссарионович оставался спокойным, прочитать что-либо по его бесстрастному лицу было невозможно – не было даже намека на какую-то тревожность.
– Присаживайтесь, – предложил Сталин один из стульев.
Генерал-полковник Круглов немедленно подчинился. Но Иосиф Виссарионович не торопился садиться, мягко ступая, расхаживал по кабинету и, похоже, совершенно не спешил заводить разговор, ради которого вызвал его к себе на ближнюю дачу.
Неожиданно повернувшись, Иосиф Виссарионович заговорил:
– Неделю назад вы мне докладывали о криминогенной обстановке в стране.
Генерал-полковник Круглов попытался подняться, чтобы ответить, но Иосиф Виссарионович лишь махнул рукой, заставив министра опуститься на место.
– Так точно, товарищ Сталин. Особое внимание уделялось тому, что особо тяжкие преступления: убийства, грабежи, изнасилования – пошли на спад. Конечно, пока еще рано сравнивать наметившуюся тенденцию к понижению преступлений с довоенным периодом, но в некоторых крупных городах их число уменьшилось почти на двадцать процентов.
– Но почему-то вы не упомянули Казань, а там, насколько мне известно, далеко не самая радужная ситуация. Что вы можете сказать о криминогенной обстановке в Казани?
– Там не только не упала преступность, но даже возросла. До этого года в Татарии министром внутренних дел был генерал-майор Горбуллин, но ему за период работы так и не удалось сбить волну преступности, за что он и был отстранен от своей должности. Сейчас на его место поставлен полковник Шагалей Зиннатович Ченборисов. До этого он работал в Башкирии. Но в Татарии он человек не новый, по национальности татарин, был заместителем министра внутренних дел в Татарии, в этой должности проявил себя с самой лучшей стороны. И нами было принято решение утвердить его в должности министра. С его назначением мы связываем улучшение криминогенной ситуации как в Казани, так и в целом по республике.
– Надеюсь, что так оно и будет в действительности. Буду внимательно следить за всем тем, что происходит в Казани. Это очень важный для нас регион… Он и при царизме был непростым, и сейчас тоже. С начала войны в Казань из Москвы эвакуировано очень много военно-промышленных заводов. Люди там прижились, освоились на новом месте, хорошо работают, получают высокие зарплаты. Жилищные условия им тоже создали. Так что нет никакой надобности перевозить заводы обратно. Скоро Казань станет очень крупным промышленным центром, и мы должны исходить из того, что этот город имеет для страны большое значение. – Кивнув на письма, лежавшие на столе, Иосиф Виссарионович продолжил: – Но криминальная ситуация в Казани, судя по этим письмам, одна из самых худших в Советском Союзе, и нужно сделать все возможное, чтобы ее улучшить.
– Товарищ Сталин, ситуация будет исправлена в самое ближайшее время.
– Как вы собираетесь это сделать?
– Для содействия милиции привлечем солдат внутренних войск. Усилим ночное патрулирование. В помощь местным следственным органам направим в Казань лучшие кадры.
