Несколько раз ей мерещились фигуры в белом тумане, но они быстро исчезали, стоило ей приблизиться к ним. Постояльцев, видимо, вынудили работать поодиночке.
Один раз она наткнулась на красную лужу и лежащего в ней лицом вниз мужчину. Она проверила его пульс и, не обнаружив его, оставила тело в покое. Где в таком месте мог спрятаться, скорее всего, фальшивый парень-инвалид?
Её взгляд упал на огромную смотровую вышку, куда вела верёвочная лестница. Заехать туда на коляске невозможно, но если её догадка верна, то он может быть там. Пенелопа резво начала карабкаться на вышку. Лестница зашаталась, будто её плохо закрепили ранее сверху, но её вес выдержала.
Видимость с каждой ступенькой становилась всё лучше, чего нельзя было сказать о запахе. Он, увы, сконцентрировался вверху, мешая дышать. К тому моменту, как она забралась на площадку, у неё уже началась одышка, а маска сползла.
Кто-то неожиданно схватил её за плечи и попытался скинуть, но она предвидела это, поэтому ловко увернулась, повалила противника на пол и приставила к его лицу пистолет, выданный ей в участке Сент-Ривера.
– Брось эти шутки, Франсуа, если жизнь дорога, – холодно произнесла она.
Парень медленно поднял руки. Она сняла с него чью-то маску с двойкой червей, убедившись в том, что оказалась права.
– Следователь? Но как… – растерянно выдавил он.
Она слезла с него, но пистолет в сторону так и не увела.
– У меня тоже имеется много вопросов к тебе. Может, хоть теперь поговорим нормально?
Франсуа в ответ хмыкнул и поднялся на ноги. Выглядел он при этом довольно неуклюже, будто редко пользовался нижними конечностями. Она незаметно опустила руку в сумку и нажала кнопку включения диктофона.
– Кто ты на самом деле? – сухо спросила она.
Он вздрогнул, перевёл на неё взгляд, а потом заливисто рассмеялся. Картинка перед глазами у неё вдруг на секунду расплылась. Она несколько раз напряжённо моргнула, возвращая чёткость.
– Неужели ты решила, что я – копия Франсуа? Это забавно, – спокойно ответил он.
Опустилась тишина. Она поудобнее перехватила пистолет, привлекая к нему внимание. Франсуа скривился.
– Знаешь, ты единственный человек из всех здесь, кто додумался осмотреть вышку. Честно говоря, я вообще думал, что Джорджина всё-таки прикончила тебя, – буднично произнёс он.
– Ты знаешь, чем я ей так помешала? – удивлённо спросила Пенелопа.
Голова у неё начинала болеть всё больше из-за этого отвратительного запаха.
– Не притворяйся дурочкой. Тебе это не идёт. Мы все здесь понимаем, что стоит нам покинуть «Голден Рок», и ты из шкуры вылезешь, но засадишь нас всех за решётку, – презрительно ответил он.
– Считаешь, это будет незаслуженно?
– Ничего не знаю насчёт остальных, но я уж точно не должен сидеть в тюрьме. Всю свою жизнь я пытался выжить, и у меня это даже худо-бедно получалось до этого дурацкого «Голден Рока». Будь проклят тот день, когда я согласился сюда поехать! – Франсуа ударил кулаком бортик, вымещая на нём свою злость.
– О чём конкретно ты говоришь? – прищурившись, уточнила она.
– Пошевели мозгами хоть чуть-чуть, если, конечно, они у тебя есть, и тогда сразу всё поймёшь, – огрызнулся он.
– Хорошо. Тогда я выскажу свою догадку. Если верить твоим словам, ты настоящий Франсуа Байо. В твоём детстве кто-то подстроил аварию, в которой ты потерял родителей. ГБО заменила их на копии. Ты вскоре понял это и обратился в полицию, но тебе никто не поверил.
Франсуа надменно захлопал в ладоши.
– Браво. Мозги у тебя правда есть.
– Только вот в этой версии непонятно, почему Линден привёл тебя сюда в качестве преступника.
– О, ну тут всё просто. Я не смог бороться со злом и, чтобы не умереть, примкнул к нему. Мною было профинансировано множество дел ГБО. Пару раз я даже выступал в суде в их защиту. Хирург был прикольным чуваком. Возвышенным и утончённым, но со странным хобби. Он сделал мне отличные ноги, – с улыбкой закончил Франсуа.
– Он хранил в банке глаза мёртвой девочки-подростка, – сквозь зубы прошипела Пенелопа и ощутила охватившую тело усталость.
– Все мы не без греха. – Он пожал плечами. – Я вот убил копии своих родителей после того, как они заперли меня в гараже с тремя заведёнными автомобилями, ожидая, что я первым коньки отброшу. Надышавшись угарным газом, я увлёкся запахами. Этот – один из моих любимых. Скажи, тебе не хочется немного поспать?
Франсуа широко и высокомерно улыбнулся. Он тянул время. Пенелопа мысленно выругалась. Веки у неё действительно будто свинцом налились, но спать сейчас нельзя ни в коем случае. Она покрепче вцепилась в пистолет.
– Думаю, что нет. Ты сам не выглядишь очень уж сонным.
– У меня иммунитет к большинству запахов и ядов. Пришлось пострадать, чтобы приобрести его. Сейчас здесь для меня должно быть более чем безопасно. Все агрессивные постояльцы видят небось десятый сон, а до конца игры осталось всего, – Франсуа сверился с часами на телефоне, – пять минут. Знаешь, тебя здесь быть как бы и не должно. В будущем ты будешь мне мешать. Может, если я убью тебя сейчас, Линден ничего не заметит?
