Я вздрогнула и вновь ощутила горькое разочарование. Парень, которым я восхищалась довольно продолжительное время, оказался мелким и жалким, а еще подлецом, плюющим на чувства других людей. Он мало отличался от своего отца, если рассказ Джерса был правдой.
– Не будем о нем, – отмахнулась я. Очень хотелось поделиться и этим, но я не могла.
– Хорошо, – пристально вглядываясь в мое лицо, ответила Ким. – И каково это?
– Что именно?
– Каково это – делить одну комнату с посторонним человеком? Как вы уживаетесь? Тебе неприятно? – спросила подруга.
Я задумалась и вновь посмотрела на Дрея. Он лежал на кровати бледный, с испариной на лбу и прикрытыми глазами. Выглядел скверно. Беспокойство вновь шевельнулось в груди.
– Нет, мне не неприятно, – призналась я, – я… вроде как привыкла. И уживаемся мы довольно неплохо. Капитан… Андреас неплохой человек и даже больше, с ним мне спокойно. Знаешь, будто я все время у него под крылом, не под надзором, а именно под крылом. Глупо, наверное, звучит. Ладно, оставь. Это все какая-то чушь.
Я посмотрела на подругу и встретила ее внимательный взгляд, без тени насмешки. Казалось, ей нравилось то, что она услышала. Ее глаза излучали тепло и нежность.
– Тебе хорошо в его обществе, Хлоя, и я этому рада. Мне кажется, что-то изменилось в тебе. И дело не только в чужеродной магии или хаосе вокруг нас. Дело в тебе самой.
Я не знала, что ответить подруге на эти слова. Сама еще толком не понимала своих чувств и этих перемен, о которых говорила Ким.
– Я боюсь, – неуверенно начала я, посматривая на Андреаса, чтобы он, не дай бог, не услышал моих слов, – что все эти изменения всего лишь действие магии омелы. Что это тепло, которое время от времени я испытываю, эта тяга к капитану не настоящие, понимаешь?
– Значит, тяга все-таки есть, – удовлетворенно улыбнулась Кимберли. – И тепло. Это очень хорошо.
– Но… я…
– Не думай ты об этом, Хлоя! – перебила меня Ким. – Почему ты ищешь подвох? Тебе нравятся эмоции, которые дарит близость капитана? Тебе спокойно, надежно и уютно рядом с ним. Так не порть все ненужными размышлениями о том, что почти невозможно постичь. Магия омелы – чудо! Так прими ее как чудо! Она ни разу еще не ошиблась, ни разу не свела вместе того, кто не предназначен друг другу судьбой.
– Не заходи так далеко, прошу тебя, – запротестовала я. – Никто никому не предназначен. Я всего лишь поделилась ощущениями, не более.
Кошки все еще скребли на душе, я волновалась об Андреасе, и его состояние меня пугало. Я встала с кресла и подошла к капитану. Коснулась его влажного лба, он пылал.
– Ким! – Я взволнованно окликнула подругу. – Беги за миссис Оллинер! Срочно!
Подруга не стала задавать лишних вопросов, накинула куртку и бросилась прочь из башни. Мое сердце колотилось как безумное. Что-то не так. Не могло снотворное так повлиять на Андреаса.
– Дрей, – тихо позвала я его. – Дрей, ты меня слышишь?
Чтобы хоть как-то облегчить его мучения, я подула холодом на его лоб. Капитан тихо застонал и повернул голову.
– Глупая, глупая я, – ругала я себя за болтовню с Ким. – Мне не нужно было отходить от тебя. Не нужно было доверять твоей браваде.
А если в снотворное добавили что-то еще? Если наследники хотели отравить Андреаса, чтобы отстранить его от меня? Пусть не магией, но и у людей множество разных страшных трав и ядов, которые они используют против врагов.
– Дрей, – испуганно пропищала я, чувствуя, как внутри все холодеет от ужаса, – только не вздумай покидать меня сейчас. Кто же будет разбираться с Морисом и Виннесом? Ты сильный, держись! Тебя не должен сломить какой-то настой…
Я несла откровенный бред, но это лишь от страха. Сердце сжималось каждый раз, когда думала о том, что Андреас может умереть. Не зная, чем еще помочь, я приоткрыла одно из окон башни, чтобы впустить морозный воздух, а еще смочила тряпицу и положила на лоб капитана. Время шло ужасно медленно, и миссис Оллинер никак не приходила. Мне казалось, прошло уже не меньше часа, хотя на самом деле минут десять от силы.
– Дрей, ты меня слышишь? – вновь спросила я и коснулась пальцами его щеки. Не удержалась и скользнула по скуле, а потом спустилась к пересохшим губам. – Воды, нужно, наверное, дать тебе воды.
Я вскочила на ноги и кинулась к графину с водой, что стоял на моем столе. Плеснула немного в стакан и вернулась к капитану. Движения мои были нервными, неуверенными и неловкими. Я облилась водой по пути, чуть не снесла ширму и слишком резко опустилась на кровать Андреаса. Он шевельнулся, а потом дотронулся рукой до влажной тряпки на лбу. Веки его дрогнули, ресницы затрепетали.
– Дрей, – позвала я, – выпей немного воды.
Я отставила стакан в сторону, приподняла капитана за плечи, позволила ему опереться спиной на меня и поднесла воду к его губам. Андреас, ощутив влагу, сделал жадный глоток, но глаз так и не открыл. Обнимая его одной рукой, я почувствовала, как бешено бьется его сердце.
– Боже мой, – выдохнула я, прижимаясь лбом к его голове. – Чем же тебя опоили?
– Хлоя! – крикнула Ким, вбегая в комнату. – Как вы тут? Миссис Оллинер уже идет.
