– Спасибо, – плотнее прижимая к себе Андреаса, сказала я. – Спасибо, Ким.
Подруга присела возле кровати на корточки и погладила меня по плечу, давая понять, что она рядом. Я благодарно улыбнулась ей.
– Что тут у нас? – строго спросила миссис Оллинер, решительно отодвигая Кимберли.
Только в этот момент я растерялась окончательно. А что же мне сказать? Не упомянуть снотворное я не могла, ведь, чтобы помочь Андреасу, миссис Оллинер должна знать как можно больше. Я медленно поднялась с кровати, чтобы доктор могла тщательно осмотреть Дрея.
– Я слушаю, мисс Блэр, – сказала она мне, даже не поворачиваясь.
– Это снотворное, – выпалила я и зажмурилась.
Миссис Оллинер выпрямилась и наградила меня осуждающе-вопросительным взглядом. Ее суровые глаза требовали разъяснений. Ну что ж, врать так врать.
– Я дала ему снотворное.
– Зачем? – В голосе доктора прозвучали стальные нотки.
– Видите ли, дело в том… – начала я юлить, – мы с капитаном оказались в довольно щекотливой ситуации…
– Про омелу я знаю, мисс Блэр, – удивила меня миссис Оллинер, – магистры посвятили меня в детали.
М-да, круг осведомленных рос прямо на глазах. Хотя я не была удивлена. Миссис Оллинер часто занималась исследовательской работой, связанной с растениями и их влиянием на человека. Возможно, причина в этом?
– Ох, – выдохнула я и бросила взгляд на подругу.
– Это я предложила, – подхватила Ким. – У Хлои было свидание, и она хотела, чтобы встреча прошла без свидетелей.
Я почувствовала, как мое лицо пылает от стыда. Ничего глупее и придумать нельзя, но как иначе сказать важное, не раскрывая правды? Миссис Оллинер не смогла скрыть возмущения:
– Вы можете себе представить, насколько опасны человеческие настои, особенно если их готовил дилетант? Реакция организма может быть непредсказуемой! Вы знаете, какие компоненты использовались?
Стыд вогнал меня в ступор, я потеряла дар речи от страха за Андреаса. Да, я не давала ему это зелье, но отчасти была повинна в случившемся.
– Нет, – ответила за меня Кимберли, – мы не знаем компонентов. Я купила его у одной старухи в Острэме. Она заверила, что вреда не будет.
– В вашем возрасте творить такие безрассудства – это верх глупости, девушки! – более чем недовольно сказала миссис Оллинер. – Я разочарована! Вы понятия не имеете, на что у капитана может быть элементарная аллергия. Какой-то неусвояемый компонент мог вызвать тяжелое отравление. Рвоты не было?
– Нет, – сказала Ким.
– Поняла, – покачала головой хозяйка больничного блока.
– Что теперь будет? – Наконец я очнулась и смогла говорить. – Андреас поправится?
Еще один грозный взгляд, а потом доктор смягчилась:
– Если бы мы знали состав, то я могла бы быстрее приготовить отвар, а теперь мне придется буквально выжимать из него все жидкости.
Прозвучало зловеще, я поежилась и обняла себя руками. Очень хотелось задать больше вопросов о том, что могло дать такую реакцию, но я воздержалась. Болтовни на сегодня достаточно.
– Чем мы можем помочь? – спросила я, бросая тревожные взгляды на Дрея.
– Пока ничем, – ответила миссис Оллинер и повернулась к своему пациенту.
А я почему-то уставилась на ее безупречно чистый белоснежный фартук, который казался неправдоподобно аккуратным. Она возилась с больными почти постоянно, а следов на фартуке нет никаких. Почему? Тряхнула головой, прогоняя всякие глупости.
Миссис Оллинер открыла свою сумку, что висела через плечо, и поочередно выставила на стол несколько склянок. Перебрала их все, нашла нужную и поднесла к губам Андреаса.
– Попробуем разузнать состав вашего пойла, – пробормотала она. – Простите, конечно, но иначе я это и назвать не могу.
Доктор произнесла заклинание, и капельки пота на лбу Дрея поспешили слиться в единую лужицу, которую миссис Оллинер тут же собрала. Она поводила руками над телом капитана, и новая испарина выступила на его лице и шее. Она собирала образующиеся капли и с помощью заклинания изучала их.
– Чего только не намешано: тут тебе и цветки бузины, и валериана, и хмель… Ну-ка, ну-ка. – Миссис Оллинер нахмурилась, и мы с Кимберли невольно подались вперед. Я перестала дышать от страха. – Бог ты мой! Здесь и аконит есть. Совсем немного, но и этого хватило, чтобы привести вашего друга в такое состояние.
Мое сердце пропустило удар, по щекам побежали слезы. Я невольно схватилась за руку доктора и развернула ее лицом к себе:
– Вы поможете ему?
– Если не будете мешать, – сказала миссис Оллинер и мягко похлопала меня по руке.
Я тут же отпустила ее и шагнула к кровати, чтобы оказаться ближе к Андреасу. Он выглядел еще бледнее. Мой страх рос так быстро, что дышать становилось трудно.
Миссис Оллинер произнесла новое заклинание, после чего взмахнула руками, и на столе капитана возник котелок, а под ним небольшая горелка. Потом сами собой начали появляться травки, порошки и деревянная ступка с пестиком. Доктор тут же начала что-то смешивать, тереть, подсыпать и варить.
– А теперь кыш отсюда, обе! – велела она. – Не мешайтесь под ногами.
– Я не уйду! – решительно заявила я и села на кровать, хватая Дрея за руку.
