Наушники, подарок Катьки, оказались удобными. Весь путь от квартиры до метро они надёжно защищали меня от ветра. Вот как ей удалось? Я чего только не примерял, никак подобрать не мог. А тут раз — и всё! Я решился и кинул старые в урну, стоящую перед входом в подземку. Пластик жалобно брякнул о металл, и «старички» улеглись на дно. Прям как от сердца оторвал. Я вздохнул и постарался взглянуть позитивно: теперь круто, и провод не мотается. Жаль, конечно, что с Катькой так получилось, но она же сама практически убежала от разговора. Просто оставила меня одного в ресторане. И это называется поддержка близкого человека?
Ко входу метро со всех сторон спешили люди. Утренние зомбаки воспрянули к жизни и торопились по своим пятничным делам. Впереди их ожидало два дня свободы от офисного рабства. А это надо отметить! Ребята с работы тоже теперь в барчик поехали. Эх.
Гудящий поток направлялся прямо к рамкам-металлодетекторам, через которые непременно нужно было пройти, чтобы попасть к турникетам. Я вспомнил про Тень мастера. Чёрт! А ведь продавец предупреждал. Что теперь делать? Ломанутся против хода людей и вызвать такси? Нереально. Всю тренировку придётся провести в пробке. Я снял чехол с оружием с плеча и опустил вниз, чтобы не привлекать внимания. Огляделся. А, вот он! Проход для лиц с кардиостимулятором: зазор между рамкой и стеной, шириной где-то полметра. Безопасники с портативными металлодетекторами тусовались далеко, и я, собравшись с духом, проскочил в зазор, а потом и через турникеты.
Толпа вынесла меня на платформу к прибывающему поезду. Двери открылись, и все тут же ломанулись в вагон.
— Расступитесь, демоны! Дайте людям выйти! — раздался зычный бас, и народ замер, а потом нехотя посторонился, пропуская толстого священника в чёрной рясе с крестом на груди. Сурово посматривая из-под густых бровей, он не спеша прошёл сквозь толпу, как ледокол через арктические льды. За ним семенили две женщины в платках и длинных юбках. Одна, совсем молодая, спрятала в рукав улыбку.
— Вот видите, что суета бесовская с людьми делает? — бросил им через плечо священник. — То-то же.
Я несколько секунд смотрел на руки, пытаясь определить, происходит ли всё на самом деле. Да не, вроде реал. Ну а что? Чем чёрт не шутит. Или в этом случае бог.
В метро я достал из рюкзака «Книгу пяти колец» и принялся листать. Будто это поможет в разговоре с сенсеем. Ага. Как же. Философские учения Токуана Сохо по поводу освобождения ума я пролистал, хотя там наверняка могло быть что-то дельное для медитации. Но мне хотелось почувствовать боевой дух, почерпнуть нечто важное для борьбы с ведьмой. Вот, например, неплохо:
«Взяв в руки любой меч, вы должны исполниться решимости сразить врага». Очень грозно звучит. По-боевому.
Я перебирал страницы. Или вот: «Когда враг атакует, оставайтесь невозмутимым, но изобразите слабость». Ну да, изображать слабость у меня пока отлично получается. А вот получится ли атаковать в ответ? Как бы там ни было, книга отвлекала от тревожных мыслей, хотя вряд ли смысл написанного раскрывался полностью. Тут, наверное, нужно читать, уже имея опыт в фехтовании. И с несомненной ясностью повторялось после каждой главы: «Тренируйтесь настойчиво, тренируйтесь упорно, каждый день» и тд. Это опять намекало, что для всего нужно время, которого у меня нет. Вот же засада!
В половине седьмого я уже стоял у входа в зал с Тенью мастера в чехле и нервно теребил длинный пояс кимоно. Надежды поговорить с сенсеем в неформальной обстановке в раздевалке не оправдались: он пришёл ещё раньше и давно переоделся. Я надел кимоно, помучился с поясом, в итоге завязав простой узел. И вот теперь стоял на пороге, не зная, входить ли. Сенсей медитировал. Он сидел по-турецки напротив камидза, прикрыв глаза. Мне хорошо было видно чуть расслабленное выражение его лица с лёгкой полуулыбкой. Руки сенсея лежали на коленях ладонями вверх. Разговаривает с эгрегором, наверное. Мне бы так научиться! Защита Лидуни, конечно, хорошо, но я уже боялся надеяться только на неё. Пока не пройдут эти сорок дней, надо стараться изо всех сил.
Сенсей повернулся и чуть прищурил глаза:
— Что-то вы рановато. Сегодня вам повезло, я приехал раньше, а так сидели бы у закрытых дверей. Входите, разминайтесь.
Я поклонился и вошёл. Как бы сказать ему про Тень мастера?
— Подождите, — сенсей покачал головой и снова прищурился. — Что это у вас с поясом?
— Ну, длинноват оказался, — я посмотрел на завязанный в узел пояс и длинные хвосты, которые болтались, свисая до середины бедра.
— Это не годится, надо заправить. На сайте школы выложено несколько вариантов узлов. Зайдите с телефона, пока есть время, и выберите, какой больше понравится, приведите себя в порядок. Дисциплина воина — это важно. Именно она помогает раз за разом часами оттачивать удар. Дисциплина вырастает изнутри. Внимание к деталям, опрятный внешний вид, уважение к партнёру — это тоже часть традиции, — сенсей развернулся и направился в подсобку.
