— Ещё удары. «Мэн», например. — Сенсей закинул руки с мечом наверх, но иначе, чем в дзёдане, будто сложился и подобрал ноги на одну линию. А потом резко опустил меч. Я видел этот удар со стороны в исполнении учеников. — Вот тут, если заметили, лезвие проходит близко к левому уху. Очень красивый срез может получиться. У новичков, которые тренируют этот удар, левое ухо такое красное бывает! Но я вам удар «мэн» ещё не показывал?
Я помотал головой, стараясь сохранить лицо, а внутри уже расползалось отравляющее душу разочарование, досада и почему-то обида.
— Так, ну а остальное — порезы и уколы разных частей тела, зависит от одарённости ученика. И при вкладывании меча в ножны то же самое, ладони страдают и ножны конечно. Потому что делать всё нужно правильно. — Сенсей поднёс основание меча к ножнам, обхватил спинку лезвия большим и указательным пальцами, и, скользнув по ним, меч сам упал в ножны. — Поэтому сначала вы занимаетесь с деревянным оружием, потом с незаточенным и самым простым йайто. Пока научитесь, меч испортите. То, что вы купили — хороший меч, прекрасный, но это — оружие для мастера. Поберегите и себя, и его.
Сенсей посмотрел на меня и улыбнулся. Я с удивлением обнаружил, что от этой улыбки стало как-то легче. Она не была ни торжествующей, ни насмешливой, наоборот, открытой и даже доброй. Так улыбается отец, глядя на попытки маленького сынишки сесть за руль настоящего взрослого автомобиля.
— Я понял. Можно мне оставить меч в зале, на хранение? Не знаю, смогу ли дома удержаться, чтобы не попробовать.
Сенсей оценивающе посмотрел на меня и строго сказал:
— Если будете регулярно посещать тренировки.
— Обязательно!
Он кивнул и принял у меня Тень мастера и чехол.
— Не подумайте, что я вам страшилки рассказываю. Травм я видел много и самых разных. — Сенсей серьезно посмотрел мне прямо в глаза, а потом добавил: — У меня такое ощущение, что вы слишком торопитесь, куда-то спешите. Избавьтесь от этого стремления, путь открывается с течением времени. Всё должно происходить естественно.
Я кивнул, стараясь сохранить спокойное выражение лица. Не рассказывать же ему про ведьму. Один раз уже рассказал — Катька дуется до сих пор.
На тренировке сенсей заставил меня отрабатывать новый удар, тот самый «мэн». Подтверждая его слова, я и вправду несколько раз зарядил себе по уху. Удар оказался непростым и энергозатратным. Сделав серию из двадцати ударов, я останавливался, смотрел на камидза, разглядывал других учеников и, передохнув, продолжал. Сенсей постоянно подходил править: и руки не так, и ногу согни, и угол у меча не тот. Под конец тренировки пот катился с меня градом, а ЧСВ упало ниже плинтуса. Наверное, у меня просто нет способности к фехтованию. И Тень мастера будет томиться в подсобке до конца времён. Поддержка эгрегора в таком случае не светит, и ведьма приберёт меня к рукам.
— Что-то вы совсем скисли, — сенсей подошёл и, чуть улыбаясь, вопросительно наклонил голову.
— Да вот, не получается никак, — вздохнул я. Неутешительными выводами по поводу способности к фехтованию я с ним делиться не стал. И так всё ясно.
— А вы прямо ждёте, что с первого раза получится? — в тёмных глазах запрыгали насмешливые искорки. — Люди годами оттачивают удар. Особенно такой сложный, как этот.
Я не нашёлся, что ответить, и уставился на сенсея.
— Вот вы думаете, зачем так долго тренировать один удар? — спросил он. — Слышали про принцип Иккен Хисацу? Переводится как «Убить одной стрелой».
Я покачал головой.
— Это не просто красивые японские слова. Перед вами противник, и вам лучше убить его с первого удара. Если он отразил атаку, ваше положение становится дважды неудачным. Во-первых, вам надо не пропустить его удар, во-вторых — успешно атаковать снова. Чувствуете, как падают шансы?
— Угу, — кивнул я.
— Конечно, есть стратегия ожидания. Когда у вас есть план контратаковать противника, когда он сам откроется при атаке, но это, — сенсей улыбнулся, — другая история. А сейчас нам пора заканчивать тренировку.
В раздевалке надо мной подшутили.
— Кто-то не только ухо, но и лоб отбил, — беззлобно засмеялся Олег, тот самый коренастый парень, что приносил мне деревянный меч в прошлый раз.
— Чего смеяться, сами такие были, — заметил стоявший рядом со мной круглый мужчина с залысинами и живым добродушным лицом. — Парень старается. Меня, кстати, Василий зовут.
Он протянул пухлую руку.
— Андрей, — я ответил на рукопожатие. Толстые и мягкие с виду пальцы оказались крепкими, как клещи.
— Ничего, через пару лет научишься держать меч правильно, — Олег подмигнул Василию.
— Пару лет?! — я аж подпрыгнул и чуть не запутался в штанах от кимоно, которые начал снимать. Это же через сколько мне можно будет заниматься с Тенью мастера?
— Ну не пугай ты человека, — вступился Василий. — Хотя да, фехтование штука небыстрая — боевое искусство всё же.
Мы ещё немного поболтали и разошлись. Пусть меч пришлось отдать, на душе было легко. И сенсей, и ребята мне нравились. Хотя, конечно, я познакомился только с двумя. Но говорят, подобное к подобному, учителя судят по его ученикам.
