— Ну почему, почему из всех женщин мира, именно ты оказалась той роковой женщиной? — В груди Деметрио щемило. Казалось, сердце вот-вот остановится, и он задохнется, и словно по заклинанию магического имени, силы покинули его. — Ну почему ты, Вероника? Ты, единственная женщина на свете, которую я мог бы полюбить!
Машинально, как лунатик, Джонни прошел по крытой галерее мимо двери в оружейный зал, даже не подумав остановиться.
— Джонни!.. Что с тобой? — окликнул сына вышедший ему навстречу дон Теодоро.
— Ох, папа!..
— Что-то случилось?..
— Что происходит, Джонни? — недоуменно спросила присоединившаяся к мужу жизнерадостная донья Сара и добавила. — Мы тебя ждем.
— А что такое? — растерялся Джонни, с трудом подавив горестный вскрик, готовый сорваться с его губ. Присутствие нескольких любопытных друзей удержало его от бурного проявления чувств.
— Подошла твоя очередь выходить на помост, — пояснил дон Теодоро. — Вероника только что одолела Хулио Эстраду, который до этого одержал несколько побед.
— Вероника! — пробормотал Джонни.
— Не хватает только тебя и Сан Тельмо, — дон Теодоро с изумлением смотрел на сына.
— Извинись за меня перед гостями, папа.
— Извиниться за что?.. Да что с тобой?..
— Сынок, ты плохо себя чувствуешь? — встревожилась донья Сара. — Ты такой бледный.
— Что произошло, Джонни?
— Ничего… Абсолютно ничего, папа. — Джонни чудом удалось взять себя в руки. Он должен был молчать, скрывая овладевшую им боль и ярость, но его бесили вопросительные взгляды уставившихся на него людей.
— Послушай, если тебе плохо…
— Нет-нет, ничего страшного, папа. Глупо волновать всех из-за легкого недомогания. Идемте!..
Слуга принес Джонни фехтовальную маску, рапиру и перчатки. Молодой де Кастело Бранко одним глотком осушил второй стакан «Опорто». Он не смотрел в сторону Вероники, не желая ее видеть, хотя девушка сидела неподалеку от него, рядом с помостом, где проходили поединки. Джонни вздрогнул, когда Вероника сама подошла к нему.
— Где тебя носило, Джонни? Ты же был первым в списке… А сейчас я уже устала, и тебе будет легче победить меня.
— Не беспокойся, этот бой я уже проиграл.
— Проиграл?.. Почему ты так говоришь?
— Сама увидишь, — не глядя на Веронику, Джонни нехотя направился к помосту. Ему казалось, что земля уплывает из-под ног. Он машинально, как робот, предоставленный самому себе, брел к помосту, не замечая, что стены кружатся перед его затуманенными тоской глазами. Внезапно все происходящее стало казаться ему глупой и нелепой игрой.
— Джонни, ты готов?..
Юноша надел маску, неуклюже сжал в руке рапиру и тупо уставился на нее, разглядывая оружие мутным взглядом.
— Да что с тобой, Джонни? — Вероника непонимающе нахмурила брови и судивлением посмотрела на кузена.
— Ничего страшного, мне немного нездоровится. Давай отложим поединок на другой день.
— Вероника, если Вы не возражаете сменить соперника, я с удовольствием займу место Джонни! — Деметрио де Сан Тельмо сделал шаг вперед, продвигаясь к помосту. Никто не заметил, как и когда вернулся он в оружейный зал. Его странное поведение никого не удивляло. Губы Деметрио дрогнули в скорбной улыбке, а глаза сделались холоднее и жестче лезвия рапиры, которую он сжимал в своей руке. — Отдохните, Джонни, — обратился он к юноше, — доставьте мне удовольствие победить ее!
Джонни посмотрел на Сан Тельмо ничего непонимающим взглядом. Ему не удалось овладеть собой настолько, чтобы притворяться и продолжать играть на публику навязанный обстоятельствами фарс. Деметрио, напротив, мужественно взял себя в руки. Во всех его действиях проявляется поразительное хладнокровие и непринужденность.
— Джонни, тебе плохо? — участливо спросила Вероника.
— Не стоит беспокоиться, ничего серьезного. Обычное недомогание, такое с каждым бывает.
— Я ничего не понимаю.
— Не стоит приукрашивать и волноваться, Вероника, — спокойно заметил Деметрио. — Идемте фехтовать…
Вероника посмотрела на противника и гордо выпрямилась, принимая вызов. Резкость Сан Тельмо вбудоражила ее неукротимую душу и воспламенила кровь. У нее возникло какое-то странное предчувствие, что этот человек станет ее заклятым врагом, хотя временами ей кажется, что он влюблен в нее. Есть в нем что-то, что ускользает от ее разума, и она не может понять его.
— Возможно, победа достанется Вам не так легко, как кажется, — надменно ответила она. — Ну так что, попытаетесь?
Один прыжок — и Деметрио уже на помосте. Никогда еще Вероника не казалась ему такой прекрасной: дьявольский блеск в глазах; водопад черных шелковистых волос, рассыпавшихся по плечам, подчеркивает белизну облегающего белого атласного жакета, на котором выделяется алое шелковое сердце; узкие черные атласные брюки до колен, плотное трико и первоклассные фехтовальные туфли довершают наряд, подчеркивая волнительные формы креольской Венеры; в руке, защищенной перчаткой с широким ремешком, сверкает тонкая итальянская рапира.
