Чувствуя ком в горле, я поднимался за группой охраны (как, наверное, и надо было поступить с самого начала) на второй этаж. В отдельном зале, выходившем на танцпол, собрался чуть ли не весь наш хоккейный клуб. Я лихорадочно искал глазами Лейни, но было темно, и мне, как назло, попадались силуэты куда габаритнее ее. Наконец я заметил красное платье Вайолет и рванул к ней чуть не бегом.
– Где Лейни? С ней все в порядке?
– Вон там, – Вайолет показала пальцем себе за плечо, и я, не дослушав, кинулся в указанном направлении.
Я нашел Лейни в углу за барной стойкой, между Санни и Поппи. Я сгреб ее в охапку и прижал к груди.
– Слушай, прости меня, пожалуйста! Если хочешь, сейчас же поедем домой. Я не думал, что такое случится, прости…
Она напряглась в моих объятьях, и я ужаснулся, что все испортил, вывалил на нее слишком много всего за один раз, и весь прогресс, которого мы достигли, сведен на нет одной-единственной глупостью. Лейни уперлась мне в грудь ладонью и надавила, и я неохотно разжал объятия и отступил. Тревога зашкаливала, и я впервые получил представление, каково приходится Лейни, когда она оказывается в гуще событий вне своего контроля. Мне казалось, что рушится моя жизнь, все валится из рук и катится в тартарары.
– Дыши глубже, – ее мягкая теплая рука гладила меня по груди.
– Прости меня, я не подумал. Поедем домой. Выйдем с заднего хода…
– Эр Джей, со мной все в порядке! – Лейни приложила ладонь к моей щеке, и я накрыл ее своей рукой, не желая разрывать контакт.
– Но нас же окружила толпа. – Я принялся ощупывать ее руки и оглядывать лицо и другие участки обнаженной кожи, ища синяки или иные свидетельства того, что ей досталось. – Я не видел, куда ты ушла, мой телефон у тебя, кругом столько чертовых фанатов, и я с ума сходил, где ты и что с тобой…
Господи, я чувствовал себя на грани истерики.
– Эй, эй, – Лейни повернула мое лицо нежными ладонями. – Дыши ровнее, милый. Я здесь, я рядом, со мной все хорошо. – Она забросила руки мне на шею. – Похоже, моему большому плюшевому мишке нужны надежные объятия!
Я прижал ее к себе, не заботясь, что выгляжу слабаком или идиотом, потому что Лейни мне действительно необходима. Я должен чувствовать ее рядом и знать, что с ней все в порядке. Уткнувшись в ее щеку, я усилием воли постарался успокоиться.
– Я решил, что ты не выдержишь и бросишь меня.
Не убирая рук, она отстранилась, заставив меня поднять голову.
– Почему я вдруг брошу тебя из-за чего-то подобного?
Я крепко держал ее за талию, чтобы она никуда не ушла, хотя Лейни вроде и не собиралась этого делать.
– Я… Я подумал, это напомнит тебе то, что случилось в колледже, ты решишь, что мой образ жизни тебе не подходит, и предложишь расстаться.
Она перебирала пальцами волосы у меня на затылке.
– Ты хоть сам слышишь, как нелогично это звучит?
Я, честно говоря, не замечал, пока Лейни мне на это не указала.
– Я поддался панике, – промямлил я.
– Я постоянно всего боюсь, но ты же меня любишь.
– Ты стала гораздо спокойнее, чем раньше.
– Это потому, что у меня есть ты и твои надежные объятия, а еще Коди и все эти замечательные люди, которые меня любят и поддерживают. Тебе понадобится нечто неизмеримо больше кучки фанатов, чтобы от меня избавиться, Эр Джей, – она приподняла лицо для поцелуя.
Я нагнулся и приник к ее губам.
– Я люблю тебя, – сказал я, оторвавшись, чтобы глотнуть воздуха.
– Я тоже тебя люблю. А теперь давай чего-нибудь выпьем.
Выдвигая ящик с нижним бельем, я всякий раз волновался и потел, как малолетка. От этого я научился еще сильнее уважать мою подругу, мать моего ребенка и будущую жену: Лейни прошибал холодный пот от малейших триггеров, но она держала себя в руках.
– Так планируем мы свадьбу или нет? – приставала ко мне Стиви.
– Я еще не спро…
Меня прервал грохот, будто что-то металлическое полетело на пол.
– Ты сделал предложение? – восторженно завопила мама. На экране она казалась мутным пятном, двигавшимся по кухне.
Я с укором поглядел на сестру: могла бы и предупредить, что мать слушает наш разговор. Стиви сделала виноватое лицо, но я ей не поверил.
– Еще нет, мам, – ответила она за меня.
– Ох, а я-то обрадовалась, – огорчилась мать. – Ну, можете тогда порадоваться тому, что уже определились участники плей-офф, и «Чикаго» пока уверенно держит первое место…
Стиви округлила глаза:
– Я накупила, во что переодеться, если мы с мамой все же приедем на финал чемпионата.
В кухне послышался новый звук, и мать что-то спросила, я не разобрал.
Стиви усмехнулась.
– Мама хочет знать, в чем заминка с предложением руки и сердца. Я, кстати, тоже в недоумении. Ты же давным-давно купил кольцо!
Так, теперь они обе начали меня пилить.
– Я жду подходящего момента.
– И когда же он настанет? Когда ты ей второго ребенка заделаешь? – мамина язвительность уступает только острому язычку Вайолет. Стиви не сдержала смешка:
– Хорошо сказано, мам.
– Гляжу, вы удивительно спелись в Лос-Анджелесе!
