— Игнатик… Твоя старушка развалится, как только ты выжмешь сто. — В издевательской манере протянул Лампов и опрокинул в себя очередной стакан с вискарём.
— Ну давай проверим. — С вызовом предложил я, и Лампов, довольный тем, как легко ему удалось меня развести, буквально расцвел. Он потер ладони и встал.
— Отлично, давай. Едем от Кирова до Мира. Идет? — Герман протянул мне руку, и я с размаху дал ему пять. Сделка была заключена.
— Малыш, — замурлыкала, прижимаясь к моему боку длинноволосая грудастая однокурсница. — Я в тебя верю.
Я смачно чмокнул ее в пухлые губы и, сжав ее ягодицы, прижал к себе.
— Я буду за тебя сильно болеть. — С придыханием прошептала Катька, и я увидел в ее глазах яркий огонь возбуждения.
Усмехнулся. Мы мутили уже почти две недели, а я все еще не затащил ее в койку. Сейчас она была слегка под мухой и почти что сама предлагала мне себя. Мне было нужно только не упасть лицом в грязь перед этим мудаком Ламповым, и я получу прекрасное вознаграждение от этой горячей девицы, не говоря уже о том, что утру нос зазнавшемуся мажору.
С кривой улыбкой на лице и все сильнее зарождающимся азартом, разгоняющим кровь, я направился к выходу из бара, когда прямо передо мной выросла фигура брата.
— Ты сдурел? На оживленной трассе собираешься гонки устроить? Игнат, ты в себе вообще? — Возмутился Ваня, загораживая мне проход.
— Вань, свали, а? — Я нехотя посмотрел в серьезные глаза брата, и отпихнул его с дороги.
— Игнат, не глупи. Ты ж не дурак! — Продолжал причитать Ваня, следуя за мной. — Не ведись на этот разводняк. Ты права получил два месяца назад, какие в жопу гонки?!
Я резко развернулся и схватил брата за плечи.
— Ванек, верь в меня. Верь мне, брат. Кто если не ты, а? — Я старался говорить проникновенно, так как он любит, — все эти высокопарные речи и прочее дерьмо, — но не выдержал и прыснул от того, как глупо все это звучало из моего рта.
— Дебил. — Обиженно фыркнул Ваня, отбиваясь от моих рук. — Игнат, одумайся! — Сделал последнюю попытку брат, когда я уже подходил к машине. — Вообще-то это и моя машина тоже, если ты ее расхреначишь…
— Да все отлично будет, Вань. Он выпил, а я трезв. Эта его Тойота новенькая и гроша ломаного не стоит, по сравнению с нашей Максимой, ты и сам это знаешь. Это будет, как два пальца… — Усмехнулся я, открывая дверь.
Накрапывал противный мелкий дождь. Герман со своей свитой столпились вокруг Тойоты и выкрикивали мне призывы поторапливаться.
Я забрался на водительское сиденье, усаживаясь поудобнее, проверил газ, тормоз, сцепление.
