— Ну давай, малышка, не подведи. — Улыбнулся, ласково поглаживая руль.
Подъехал к своеобразной стартовой полосе, что пацаны наскоро выложили пустыми банками из-под пива.
В центр кошачьей поступью вышла Катька, весьма довольная ролью, которая ей досталась. Медленно расстегнув пуговицы, сняла кофточку, оставаясь в одном лифчике и бессовестно сверкая своим третьим размером. Подняла красную материю своей тонкой кофты над головой. Послала мне воздушный поцелуй, в котором я отчетливо увидел тысячи и тысячи обещаний.
Я довольно оскалился и выжал сцепление, когда дверь со стороны пассажирского сидения резко открылась.
— Ну и дебил же ты, вот в кого такой? Просто удивляюсь. — Забираясь в салон, проворчал Ванька.
— Наверное в папочку. — С издевкой ответил я. — Ты че лезешь-то, если тебя вся эта затея так нагребает? — Покосился в сторону брата.
— Вляпаешься ты в дерьмо, вот уверен, вляпаешься. Так хоть я рядом буду. Братья для того и нужны… — Пробухтел Ваня пристегиваясь.
Катька махнула кофтой в воздухе, призывая приготовиться.
Я медленно подвел сцепление к той точке, когда машина начинает утробно ворчать. И почувствовал, как вместе с ее мягким дрожанием, внутри меня тоже что-то дрожит, наливается мощью, все сильнее и сильнее разгоняет кровь по венам. Азарт и возбуждение жаркой волной проносится по всему телу, и я не чувствую, не обращаю внимания на острый предупреждающий толчок в груди. Какое-то смутное тревожное ощущение подсказывает мне, что я сильно пожалею о том, что делаю, но я не прислушиваюсь к нему, даже не удостаиваю вниманием. Я уже в игре. Игра уже во мне.
Катька резко опускает руки. И я даю по газам…
Это должно было быть просто. Проще примитивной детской игры. Проехать два с лишним километра по прямой дороге, лавируя между редкими в столь поздний час участниками дорожного движения. Должно было быть просто.
Но что-то идет не так.
Дождь усиливается. Я сразу же теряю Тойоту из виду. Начинаю нервничать. Вглядываюсь в дорогу, высматривая белое авто Германа. Газую. Набираю обороты, умело опережаю медленно ползущие машины.
Лавирую между ними, стараясь выискать, высмотреть, выхватить из этого хаоса белое пятно Германовской Тойоты.
Жму на газ сильнее. И еще сильнее.
Двигатель ревет. Малышка старается изо всех сил.
Стрелка спидометра зашкаливает.
Я наконец вижу его. Вижу и понимаю, что до финиша осталось совсем немного, и он вот-вот придет первый.
Сукин сын выиграет. А я останусь ни с чем.
Нет, блядь, так не будет. Я не проиграю эту игру. Не сейчас и не этому мудаку.
