–
–
–
Он охнул, когда кинжал вонзился ему в бок.
Мы упали на покрытую листьями землю, как любовники, для встречи которых Колчан Энитавы предназначался. Дайо уставился на мои остекленевшие глаза. Лицо его исказилось в агонии.
– Тар.
– Теперь ты вернешься домой, матушка? – произнесла я монотонно. – В усадьбе Бекина так одиноко. Слуги отказываются меня касаться, у меня нет друзей, и я ненавижу, когда ты уходишь. Пожалуйста, вернись… – Я моргнула, внезапно чувствуя себя очень усталой. – Матушка?
Где я? Почему мне так холодно?
В усадьбе Бекина не было сквозняков. Учителя заколотили окна… Нет. Я больше там не живу. Матушка отослала меня в Олуон с Кэтлин и Ву Ином. Потом случился пожар – и все из-за меня. Я отвечала за защиту Дайо. Он доверял мне, как и все остальные, но им не следовало: ведь на самом деле я демон, а матушка послала меня сюда, чтобы…
Чтобы…
Волосы на затылке встали дыбом, когда я вдруг осознала, кто именно лежит в моих объятиях.
– Нет, – сказала я.
Крик родился у меня в горле, но умер, превратившись в хрип.
– Нет. Это не – ты не… Не засыпай, Дайо! Все закончилось. Я вернулась. Я никогда бы не позволила кому-то навредить тебе, я бы не… Проклятье,
Я всхлипнула, обхватив ладонями лицо Дайо. Я не смела дотронуться до кинжала.
Дайо смотрел, как я хватаю ртом воздух.
– Ты вспомнила, – произнес он.
– Молчи. Не трать силы. Я приведу помощь.
Его слова не имели смысла. Слезы катились у меня из глаз ручьями, каждый вздох превращался в дрожащий всхлип.
– Ты промахнулась мимо сердца. – Он улыбнулся. В горле забулькала кровь. – А значит, ты сильнее, чем она, Тар.
– О чем ты? – выдохнула я. – Дайо, только не…
Его глаза закрылись.
– Нет! – Я встряхнула головой и оскалилась, глядя на небо. – Послушай, Ам! Мне плевать, Сказитель ты или нет, я
Слезы стекали в мой открытый рот, когда я прижалась ухом к груди Дайо: под щекой очень слабо билось сердце.
– Все что угодно, – повторила я и почувствовала давящее ощущение принесенной клятвы.
Позади меня раздались шаги. Обернувшись, я увидела Санджита, замершего в ужасе. Он возвышался надо мной, все еще одетый в свой черный праздничный наряд.
– Слава Аму, – затараторила я. – Джит, нужно кого-нибудь позвать. Дайо необходима помощь. Он…
Санджит схватил меня за плечо достаточно сильно, чтобы оставить на коже синяки, и отшвырнул в сторону. Я упала и оцепенела.
Он опустился на колени, закрывая Дайо своей широкой спиной.
– Братец, – забормотал он, – не спи. Не смей спать.
Избегая касаться рукояти кинжала, пальцы Санджита с профессиональной точностью прошлись по боку Дайо, оценивая повреждение органов.
Я начала снова:
– Нужно привести помощь. Я…
– Заткнись, – проскрежетал Санджит, – и держись от него подальше.
– Джит, – прошептала я, – все не так, как ты думаешь.
– Кто ты такая? – спросил Санджит. Его тихий голос пугал сильнее, чем рев зверя. Когда он наконец посмотрел на меня, глаза у него были влажными и дикими. –
– Не знаю, – всхлипнула я. – Я не знаю, не знаю…
Дайо нуждался в помощи. В голове лихорадочно роились мысли: нельзя перенести его в другое место, не рискуя при этом сделать хуже. Нам требовалось чудо.
Я потянулась Лучом к Крепости Йоруа. Луч с трудом преодолевал каменные стены – к тому моменту, когда я нашла Киру, в висках пульсировала боль.
– Кира в пути, – сказала я Санджиту, мысленно провожая Киру к Колчану Энитавы.
Сквозь Луч я чувствовала ее панику: Кира завалила меня вопросами.
И добавила про себя:
Наконец из темного туннеля выбежала Кира.
– Где? – спросила она, тяжело дыша.
Я показала на Дайо.
– Пожалуйста, Кира…
Она резко побледнела.
– Смилуйся, Великий Ам! – запричитала она. – В крепость проник убийца? Как? Почему Луч его не защитил?
