На самом деле Крис предлагал, конечно же, на волне успеха экранизировать и эту книгу. «Уорнер» уже приготовились выделить деньги и выкатили Иоанну гонорар в два раза больше, чем в предыдущий раз, плюс процент со сборов… но Иоанн не дал согласия. И не поддался на истошные уговоры Эплауда по телефону. Слишком много горя принесло ему это кино, пролегла граница между «до» и «после».
— Ты и правда не женат? — вдруг спросила Лора.
— Нет.
— Простите, если я повторяю слухи, — опять затараторил её неутомимый муж, — но вы и та актриса, которая разбилась, вы же были?..
— Да, я в неё влюблён, — подтвердил Иоанн.
— Очень сочувствую, — сказал тот. — Я следил за новостями об этой премьере, и такое сообщение… Я не представляю, честно, как такое можно пережить. Преклоняюсь перед вами.
— Иногда у нас просто нет выхода, — улыбнулся ему Иоанн.
— Дорогой, — встрепенулась под его лапой Лора. — Ты не принесёшь нам с Иоанном выпить?
— Одну секунду!
Он взял пустой бокал у Лоры и полупустой у Иоанна и отправился к столам. Лора молча посмотрела ему вслед, а потом спросила:
— Чем ты занимаешься?
— Стою на свежем воздухе и жду фейерверка.
Она состроила ему рожицу.
— Форин-офис. А ты?
— Ничем. Скучаю-скучаю, скучаю везде. — Она помолчала. — Ты сейчас ничего не пишешь?
— Нет времени, — привычно соврал он. — А где вы живёте?
— Родители переехали на Сицилию, — сказала она, — а мы с Элио живём в Риме. Иногда в Амальфи и в Милане.
— Давно там не был.
— Если соберёшься, — пригласила Лора, — то мы, кажется, до сих друзья в «Фейсбуке»?
— Не заходил туда сорок лет, — рассмеялся Иоанн. — Посмотри, там должна быть ссылка на мой электронный офис.
— Мой номер не изменился, — сказала Лора. — Пиши или звони, если соберёшься съездить.
— Хорошо, — пообещал он. Разумеется, он туда не поедет и тем более не напишет и не позвонит ей.
Кто-то похлопал по микрофону, и донёсся голос Линда:
— Дамы и господа, дорогие гости, внимание на озеро, пожалуйста!
Все спустились к перилам у кромки воды. Лора куда-то исчезла, и её место рядом с Иоанном занял захмелевший Стивен. Светопреставление началось беззвучно: в воздух взмыли несколько комет, разорвались высоко над землёй, их составные части стали взвиваться ещё выше и вновь разрываться — и, уже почти упав в воду, они вдруг заплясали в воздухе и сплелись между собой, превращаясь в несколько гигантских драконов, высунувших из воды свои могучие шеи и головы. Раскрыв пасти, драконы молча закричали, и из их пламенеющих ртов вырвался настоящий огонь, раскинувшийся по озёрной глади, а драконы продолжали появляться из воды, и вода стекала с чешуйчатых крыльев и лап; они взмахнули крыльями и поднялись в воздух, тяжело покачиваясь на ветру, стали приближаться к небу, всё набирая и набирая скорость, кружиться…
А из воды вырастали новые создания: змеи с собачьими мордами, сплетаясь в столп, медленно поднимались к небу; драконы разлетелись в разные стороны, и один рванул прямо на зрителей. Он раскрыл пасть, и зрители задержали дыхание, увидев ряды его острых зубов и бездонное чрево, из которого вырвался огонь; дракон прокричал в последний раз и испарился прямо над толпой, рассыпался, превратившись в золотую пыль. Она медленно осыпалась с неба, падая в подставленные ладони…
Вокруг столпа начали кружить ширококрылые орлы с сияющими глазами; раздались аплодисменты, и несколько орлов, словно реагируя, подлетели к зрителям и, перекувырнувшись в воздухе несколько раз, чуть не налетев друг на друга, отправились обратно, к выросшему уже до неба столпу: он разрастался и набухал, змеи пульсировали всеми цветами радуги, и в глазах уже рябило, когда столп вдруг почернел и на секунду пропал из виду, а потом наклонился вперёд, приобрёл очертания человека и отнял руки от лица, раскрыв их в знак приветствия.
Это был м-р Смайли. Все вновь зааплодировали, и тогда гигантский Смайли достал из воды озера трость, поддел ей свою шляпу и поклонился зрителям; опять аплодисменты. Смайли отбросил трость, простёр руки вперёд и превратился в поток энергии, блестящий гейзер из центра озера, устремившийся в замок Шадау. Зрители перевели взгляды на замок и увидели, что он исчез, а на его месте из воды и энергии гигантского Смайли появляется нечто новое, приобретающее очертания сначала зиккурата, потом храма, средневекового собора и наконец — знакомого всем замка, над которым последним аккордом вспыхнули серебристые огни.
Всё исчезло. Зрители аплодировали и восторженно перешёптывались, сперва тихо, боясь нарушить хрупкую тишину, потом всё громче и громче. Иоанн нашёл взглядом в толпе мистера Смайли — тот якобы был недоволен и что-то бурчал, но горящий задором сквозь монокль глаз выдавал его.
«Радуемся этому шоу, — подумал Иоанн, — прямо как эти школьники…»
Иоанн вернулся к поручням и посмотрел на затихшую, уже совсем пропавшую в ночи поверхность озера. Его сердце отчаянно билось, выскакивая из груди.
