– Меня самого это удивляет. Рэни умеет все у тебя выпытать наилучшим образом. Я спросил у нее насчет тебя, и, думаю, старушка сложила два и два и получила нужный ответ. Не было никакого смыла это отрицать.
Что ни говори, но их путешествие было полно разными неожиданностями.
– Что еще она тебе сказала?
– Ничего, клянусь. Я знаю про твоего деда, но об этом я уже тебе говорил.
– А что конкретно Рэни обо мне говорила?
– А это важно?
Мэтти скрестила на груди руки. Внезапно ей показалось, что в баре прохладно. Холод проник ей под кожу.
– Да, мне кажется, важно.
Мужчина вздохнул.
– Она сказала, что ты была с одним идиотом, который не разглядел, с каким драгоценным камнем имеет дело. А еще Рэни сказала, что, если бы оказалась на твоем месте, обошла бы его дом и оторвала бы ему…
– Ладно-ладно. Я уже поняла. – Мэтти, не сдержавшись, улыбнулась. – Очень мило, что ни говори.
– Она за тебя волнуется. О да… Рэни, пожалуй, может досадить тебе как никто на свете, но она точно знает, кто ей по душе. В данный момент, Мэтти, ты находишься на верхней строке списка ее любимиц. У Рэни доброе сердце, и твоя судьба ей небезразлична. Я начинаю подозревать, что единственная причина, почему она согласилась воссоздать «Серебряную пятерку», – твоя просьба.
– Серьезно?
– Да. Я вижу, насколько она тебя уважает. Ты мне тоже очень нравишься, поэтому мы с Рэни сошлись во мнениях по крайней мере по одному поводу.
Остаток вечера прошел под взрывы хохота, которыми сопровождались удачные шутки и замечания. Поцелуи, сделанные украдкой под благожелательными взглядами древних зданий Бата, способствовали тому, что Мэтти решила на время подавить в себе недовольство, вызванное поведением Рэни, и всецело отдаться новым для себя чувствам. Прошло уже несколько лет с тех пор, как она впервые с кем-то целовалась. По сравнению с тем, что она ощущала, когда была с Ашером, сейчас Мэтти чувствовала себя намного более искушенной и опытной. Вот только тихая самоуверенность и электризующие прикосновения оказались куда сильнее всего того, что ей довелось испытать ранее. Гил обнимал ее так, как никто другой прежде, и при этом женщина чувствовала, что происходящее в полной мере соответствует не только его желаниям, но и ее собственным. Она расслабилась, окунувшись в объятия Гила, почувствовала себя спокойно и уютно. Его губы касались ее губ. Все казалось таким новым для нее и замечательным. Сейчас ей было все равно, что может случиться потом, что в дальнейшем припасла для них жизнь. Эта ночь принадлежит им, и ничто не сможет украсть ее у них.
Когда Мэтти возвращалась в свой номер, она улыбалась. Сегодняшняя ночь определенно была ночью сюрпризов. Женщина сунула руку в карман, чтобы достать ключ, и нашла там маленькую звездочку. Свет, источаемый ею, был куда бледнее, чем прежде, но все еще заметен. Должно быть, это Гил положил ее Мэтти в карман.
Улыбаясь, женщина положила звездочку на прикроватный столик и в мягком свете звезды увидела дневник дедушки Джо. Внезапно Мэтти захотелось узнать, как дальше развивались его отношения с Уной. Ее собственная жизнь развивалась параллельно с давней историей ее деда. Как долго это продлится?
