Он привёл её на конюшню. Ещё утром барон заметил, что одна из лошадей приболела, и сейчас решил предложить магичке о ней позаботиться. Сложное задание для тёмной, для неопытной тёмной со слабым даром — невыполнимое, но при этом относительно безопасное. Девчонка полностью истощит себя, но вряд ли серьёзно навредит.
— Видишь? — указал он нужное животное. — Сможешь вылечить?
— Вылечить? — озадаченно переспросила юная магичка.
Судя по всему, она даже не знала, что тёмный дар можно использовать и для чьего-то спасения.
— Основная способность тёмного дара — разрушать, — тоном терпеливого наставника произнёс барон. — Вот разрушь те неправильные процессы, которые происходят в этом организме. Только постарайся не переусердствовать и не убить саму лошадь.
Девчонка заметно растеряла свой запал. Оглянулась на вход, будто ожидала, что кто-нибудь появился и сделает работу за неё, потом с сомнением посмотрела на де Триена. Но всё же решилась, поняв, что если этого не сделает, то придётся немедленно отправляться восвояси.
Барон мысленно попрощался с лошадью, когда магичка подошла ближе и окинула ту одновременно сосредоточенным и рассеянным взглядом — именно так это обычно характеризовали люди, которым доводилось наблюдать работу магов. Что ж, стоит отдать должное, перестроиться на магическое зрение у неё получилось достаточно быстро.
Де Триен знал, что она сейчас видит. Бледно-золотистое марево вокруг лошади — энергия самого животного, и пронизывающие его пурпурные всполохи. Он мог даже разглядеть их очаг и уже понял, что лошадь недавно поранила ногу, поэтому и пошло воспаление. Тут мог помочь и обычный травник — почистить рану, наложить мазь. Магу же было достаточно воздействовать на энергию.
Девчонка глубоко вздохнула, будто собиралась нырнуть, и нерешительно прикоснулась к животному. Барон не без интереса взглянул на неё саму — её энергия была почти прозрачной, необычного синеватого оттенка. Странно для тёмной.
А потом случилось нечто, что превзошло по странности всё остальное. Де Триен увидел, как сила магички устремляется к животному, две энергии смешиваются, и золотистое марево начинает уплотняться, крепнуть, самостоятельно растворяя в себе чужеродные багряные всполохи.
Девчонка лечила. И у неё даже получалось. Но самым поразительным было не это, а то, что она лечила как светлая. Не разрушала лишнее, а восстанавливала, укрепляла необходимое. Да почему как светлая… Она пользовалась светлым даром! Иначе провернуть такое было бы просто не под силу!
Неужели искатель ошибся? Но как такое возможно, если наличие дара и его направленность определяется с помощью артефакта, а уж те никогда не лгут!
Изумлённый императорский советник завороженно следил за происходящим, перебирая в голове и тут же отметая возможные объяснения. Спохватился он только когда девчонка начала медленно заваливаться на бок, так и не прекратив излучать потоки энергии.
Де Триен мгновенно оказался рядом, схватил её ладони, заставляя прекратить растрату сил. Магичка безжизненно повисла в его руках.
Ясно было, что дальнейшие выяснения придётся отложить. Сейчас девчонке нужна помощь, и позаботиться о ней придётся уже не только из жалости. Такую загадку нельзя оставлять нерешённой.
Барон без усилий подхватил бесчувственную девушку на руки и понёс в отведённые ему комнаты. Попавшиеся на пути постояльцы и прислуга бросали на его ношу кто любопытный, а кто и сочувственный взгляд, но ни один не посмел потребовать объяснений от императорского советника или ему помешать.
Добравшись до спальни, барон немного замешкался, но, не найдя альтернативы, положил магичку на собственную кровать. Её заношенное крестьянское платье нельзя было назвать чистым, и де Триен невольно поморщился, подумав, что ему предстоит ночевать здесь же. Однако комната провинциальной гостиницы обилием мебели не отличалась, так что делать было нечего. Требовать для девчушки отдельный номер не имело смысла — до завтра за ней точно придётся постоянно приглядывать.
Застегнув на её запястье магический браслет, который помогал восстановить растраченные силы, де Триен остановился в сомнении. Если действовать по правилам, надо бы дождаться, пока она полностью оправится. Но императорскому советнику не терпелось разгадать загадку.
Он достал ещё один артефакт — небольшой овальный камень на тонкой цепочке, совершенно прозрачный и гладкий. Обычно достаточно было просто поднести такой амулет к человеку, чтобы понять, обладает ли тот магией и какой именно. Однако юная магичка оказалась слишком истощена. Камень молчал, даже когда де Триен вложил его в ладонь девушки.
Барон не собирался отступать. Снова потянувшись к шкатулке с артефактами и подручными средствами, он извлёк оттуда тонкую серебряную булавку и проколол девушке палец. Несколько капель крови упало на камень, и тот наконец тускло полыхнул, засветился.
