— Самое неудачное, что может сделать женщина — выйти замуж за человека, которого она не любит. Не унижай, пожалуйста, ни себя, ни Рональда. Я вас знаю, вы замечательные ребята, но если все так, как ты говоришь, то тебе придется принять это решение. Лучше поздно, чем никогда, детка. А платье мы можем все равно купить, — вдруг весело сказала ее мать. — Оно идет в первую очередь тебе, а не тому, кто будет стоять рядом, — женщина заговорщицки подмигнула. Гермиона вдруг нашла в себе силы улыбнуться. Она с благодарностью смотрела на свою маму, не веря, что получила только что такую мощную поддержку. Это просто она не знает, что ты выбрала убийцу, скептично хмыкнул внутренний голос.
— Спасибо, мам, — только и смогла смущенно выдавить она. Она вдруг почувствовала себя немного лучше, немного ребенком, которого опекает умный и сильный взрослый. Таких эмоций она не испытывала очень давно, еще с шестого курса, пожалуй. Тогда все взрослые оказались такими же беспомощными перед лицом грядущей катастрофы, как и тройка школьников.
Консультант вошел с очень недовольным лицом, но после того, как миссис Грейнджер сказала ему, что платье они покупают, сменил гнев на милость и даже подарил им небольшой сувенир — красную подвязку для невесты, выглядевшую ужасно пошло. Хотя Гермиона знала человека, которого она — определенно — могла бы привести в восторг.
* * *
Покинув салон, дамы решили немного прогуляться. Погода стояла очень жаркая, непривычная для серенького Лондона. Они прошлись по набережным, весело болтая о всяком. Гермиона размахивала огромным пакетом со своим свадебным платьем. Она бы могла бы его и уменьшить, конечно, но в его тяжести было что-то приятное. Надо же, как ее мама смогла дать ей сил. Гермиона надеялась, что она будет хотя бы в половину такой же хорошей матерью.
Притомившись на жаре, они решили посидеть в кафе и зашли в первое попавшееся, где работал кондиционер. Ведьме было приятно прогрузиться в маггловский мир, хотя он и не чувствовался уже таким привычным для нее. Дамы заказали по вазочке с мороженым и холодный кофе.
Смакуя свой фисташково-шоколадный микс, мать Герми вдург хитро посмотрела на нее:
— А ты меня познакомишь с самым плохим человеком?
Герми уставилась на нее в изумлении, даже забыв на секунду прикрыть рот.
— А то вдруг он слишком плох для моей дочери, я должна знать, — строго начала миссис Грейнджер.
Ведьма ярко представила себе эту потрясающую картину. Скабиор, как он есть: со своими крашеными красным патлами, с подведенными черной подводкой глазами, в рокерских ботинках и кожаном пальто, со своими повадками зверя, конечно же, скалясь, входит в уютную гостиную семейства Грейнджер и жмет руку ее отцу. А потом кланяется ее матери. Гермиона улыбается и представляет его: Мама, папа, это Струпьяр, бывший егерь. Мы познакомились, когда он занимался отловом грязнокровок. Да, вы правы, это так романтично. Представляете, он еще тащил меня на плече на вечеринку Пожирателей Смерти, в крутой особняк Малфой Мэнор. А потом они садятся за стол на пятичасовой чай и обсуждают последний выпуск «Таймс».
Воображение до того живо ей это представило, что она даже не успела засмеяться, встретив требовательный взгляд матери. А, впрочем, они его и знать не знают, пожалуй, это вообще единственное место, где они могут появиться вместе без оборотки.
— Если ты настаиваешь, мам, — натянуто улыбнулась Гермиона.
— Да, настаиваю, — весомо сказала миссис Грейнджер, наверчивая зеленое мороженое на ложечку. — Приглашаю вас на ужин. На следующей неделе, во вторник, подойдет?
Гермиона предпочла бы пятницу, потому что они могут умереть в четверг, если что-то вдруг пойдет не по плану, тогда не придется знакомить родителей с убийцей и головорезом. Она усмехнулась про себя.
— Хорошо. Думаю, он сможет, — она на секунду вдруг представила бывшего егеря, который согласует с ней вечер встречи в доме магглов.
— И если ты все решила, то поговори с Рональдом, — на этот раз действительно строго сказала мадам. Гермиона поникла под этим взглядом и тихо выдавила:
— Можно, я поживу у вас?
— Конечно, милая, — тепло улыбнулась миссис Грейнджер. Этой темы они больше не касались.
* * *
Гермиона оставила сегодняшнюю ночь себе для размышлений. Она завтра поговорит с Рональдом, когда точно решит что ей делать дальше.
Она осталась у родителей, в очередной раз послав к Рону патронуса, как чертова трусиха.
Герми сидела за письменным столом, рядом с открытым настежь окном, из которого веяло разогретым за день асфальтом, сиренью и лилиями, цветущими в родительском саду. Время близилось к полуночи. Круглая ровная луна висела на небосводе. Она посмотрела на нее ревниво, интересно, каким он был сейчас?
