Я не мог ей этого обещать, да и не хотел. Но я буду относиться к ней с уважением, которого заслуживает моя жена, женщина, которую я поклялся защищать, уважать ее тело и чтить ее «нет» как свое. Но это максимум, что мог ей дать.
Вернувшись к раковине, я снова взял помазок. Ария проскользнула к двери и была уже на пороге, когда я ответил:
– Нет.
Она оглянулась на меня через плечо.
– Когда я возьму тебя, то хочу, чтобы ты извивалась подо мной от удовольствия, а не от страха.
Ария округлила глаза, приоткрыла губы и торопливо выскочила за дверь.
Бросив помазок, я оперся обеими руками о край раковины и уставился на свое отражение. Для меня легче всего оставаться монстром – я такой, какой есть, и мне всегда это нравилось. Но, встретив Арию, дал себе зарок оградить ее от этой стороны моего характера.
Те женщины, которых я трахал все эти годы, хотели быть рядом, потому что искали острых ощущений, искали кого-то опасного, кто будет доминировать и подчинять.
Для них это было игрой, сексуальной ролевой игрой, которая делала влажными их трусики, вот только эти женщины не понимали, что то была не роль, не чертова игра. Я монстр самый что ни на есть настоящий. С ними я ничего из себя не строил, и уж точно не играл роль, когда пытал и убивал. Ария это знает. Она знает о том монстре, что скрывается внутри меня, потому что выросла в нашем мире – где мужчины доминируют над женщинами, считают их своей собственностью и где изнасилования жестокая реальность. Это страшные истории, которые шепотом, из уст в уста передавались от женщины к женщине. Это безотчетные страхи девушек перед брачной ночью.
С этими безмозглыми бабами мне нравилось быть грубым, обращаться с ними как с дерьмом, потому что они кайфовали от этого и потому что так мне выдавалась редкая возможность побыть самим собой. Но с Арией мне не надо было строить из себя кого-то другого. Она знала, кто я, и именно поэтому мне хотелось стать лучше ради нее, показать, что кроме жестокости может быть что-то еще. По крайней мере, когда дело касается нее.
Я долго стоял под душем и дрочил, как ебучий тинейджер. Вообще-то после ночи, проведенной в постели с прекраснейшей женщиной, я не должен мучиться с посиневшими яйцами, но что есть, то есть. Обмотав полотенце вокруг талии, я вышел из ванной.
Ария сидела на табурете перед туалетным столиком. Светлые волосы рассыпались по спине. Она что-то там делала со своими глазами, что обычно делают женщины, чтобы их подчеркнуть, хотя сомневаюсь, что ей это нужно. Увидев меня, она округлила глаза и окинула меня с головы до ног восхищенным взглядом. Я чуть не застонал от этой девственной экспертизы и протопал к шкафу взять кое-что из одежды. Чувствуя на себе ее взгляд, скинул полотенце на пол. Ария с шумом выдохнула, и мой член дернулся, как только я представил, как она краснеет. Натянув трусы и брюки, я повернулся. Как и ожидалось, щеки у Арии зарделись. Она сделала вид, что изучает свои ногти, но меня не проведешь. Она была так смущена, что не могла поднять на меня глаз.
Для меня такое в новинку. У меня не было опыта общения с такой, как она, девушкой. Раньше я связывался только с опытными женщинами, которые знают, чего хотят, и говорят об этом прямо. Ария совсем не такая, и как с ней обращаться, я пока не до конца понимал.
Забрав оружие со стола, я начал застегивать кобуру, как делал каждый день, как делал всегда, сколько себя помню.
– Ты вообще выходишь куда-нибудь без оружия? – тихо спросила Ария, поворачиваясь на табурете ко мне. На ней было какое-то длинное платье с золотым поясом и золотые сандалии. Она напомнила мне египетскую принцессу, даже если цвет ее волос не соответствовал образу. Я до сих пор не мог поверить в то, что она стала моей и будет моей до самого конца. Не на одну ночь или не на несколько дней. Не для секса «без обязательств». Все это навсегда для нас обоих. С этого дня она под моей ответственностью. У меня перед глазами был пример отца, облажавшегося со своими женами – сначала была моя мать, сейчас Нина. Казалось, все это совершенно невозможно.
– Нет, если могу этого избежать. Ты умеешь стрелять из пистолета или управляться с ножом?
– Нет. Отец считает, что женщины не должны ввязываться в разборки.
– Иногда разборки настигают тебя где придется. Братва и Триада не делают различий между мужчинами и женщинами.
Триада затаилась. На большинстве их территорий теперь Братва и достают нас именно они.
– Так что – ты никогда не убивал женщин? – спросила Ария, склонив голову набок.
– Я этого не говорил.
Ни к чему Арии знать, как люди Братвы едва не добрались до меня. Лучше этого никому не знать.
Ария встала, разглаживая подол длинного платья. Меня порадовало, что она выбрала что-то длинное. Это все упрощало. Люди будут думать, что так она прикрывает отметины, которые я оставил.
– Хорошо, что длинное. Платье прикрывает твои ноги.
– Они могут задрать подол и проверить мои бедра.
Вчера я не раз замечал, как мужчины, косясь на нее, исходят слюной, пока думают, что я не обращаю внимания.
