Когда вышел из ванной, Ария стояла у панорамных окон, повернувшись ко мне спиной и глядя на горизонт.
Я подошёл к ней сзади, обратив внимание, как напряглась ее спина. А когда шагнул ближе, стало только хуже. Меня разозлила ее нервозность, так, что зубы заскрипели, потому что не знал, как ее успокоить. Утешать женщин – не мой конёк. Первым моим порывом было приказать ей перестать нервничать, но это не приведёт ни к чему хорошему. Я протянул к ней руку, и она буквально оцепенела, как будто решила, что схвачу ее, задеру подол и трахну тут же у окна. Я, конечно, этого хотел – ещё как! Но никогда бы этого не сделал, по крайней мере, пока сама не попросит. Коснувшись костяшками пальцев ее бархатистой кожи, я легко пробежался вдоль спины, пытаясь дать ей понять, что ради неё могу сдерживаться и быть с ней нежным.
Если не считать мурашек, появившихся на коже, больше она никак не отреагировала. Ария явно не станет проявлять инициативу сама. У меня проблем с лидерством не было; проблема была в том, что мой стиль руководства, как правило, не подходил для чувствительных женщин, а Ария была очень ранимой.
Я протянул руку Арии, не сомневаясь, что она повинуется молчаливому приказу от меня, потому что ее воспитывали быть послушной. Наконец, она повернулась ко мне, но тут же уставилась на шрам на моей ладони, проведя по нему кончиками пальцев. Почти невесомое прикосновение вызвало покалывание на поврежденной коже. Такое странное чувство от чьего-то внимания ко мне!
– Это от клятвы на крови? – Она подняла голову, и наши глаза наконец встретились. Она часто отводила взгляд, и я не знал точно, виной тому моя репутация или ее воспитание. Но я хотел избавить ее от этой привычки как можно скорее.
– Нет. Вот. – Я показал шрам на другой руке. Он был гораздо меньше чем тот, что трогала Ария. – Это произошло в драке. Пришлось остановить нож рукой.
Ария округлила глаза и удивленно приоткрыла рот. Мне до боли захотелось впиться в него губами. Взяв за запястье, я повёл Арию к кровати. Она послушно пошла за мной, хотя я чувствовал, как от страха отчаянно бьется ее пульс. Пока решил не обращать на это внимания, потому что подозревал – она и через год по-прежнему будет девственницей, если ждать, пока расслабится в моих объятиях.
Усевшись на кровать, я притянул ее к себе, поставив между своих ног. Я поцеловал ее, наслаждаясь вкусом, тем, какой податливой она стала. Опрокинувшись на спину, потянул ее за собой. Мой поцелуй стал жёстче, требовательнее. Тело Арии на мне заставило мой член напрячься. Я провёл ладонью вдоль ее талии, по рёбрам и обхватил грудь. Эта тряпка на ней лишняя. Хочу почувствовать ее кожу. Ее тепло, ее запах действовали на меня как наркотик. Я поднялся поцелуями от по ее шее до ушка.
– Мне никогда не хотелось трахнуть женщину так сильно, как сейчас тебя, – прохрипел я.
Ария напряглась, и когда я снова потянулся к ней за поцелуем, отвернулась от меня и попыталась сесть. На мгновение мне пришло в голову прижать ее к себе покрепче, но все-таки, отпустил, сбитый с толку переменой в ее настроении. Она наслаждалась нашим поцелуем. Держу пари, от нашей возни она мокрая насквозь. Почему же пошла на попятную?
– Я не хочу, – с явным отвращением сказала она, а один взгляд на ее лицо вызвал у меня мерзкое чувство, что сейчас я похож на собственного гребаного отца.
Я почувствовал вспышку гнева. Если она считает это игрой, пусть лучше дважды подумает. Соскользнув с меня, она забралась под одеяло. Я поверить не мог в то, что происходит. Чтобы мне дважды отказала женщина, тем более собственная жена – такой пиздец с мной ещё никогда не случался.
С трудом подавив разочарование, я выключил свет. Мне не нравилось, когда меня выставляли дураком. Если Ария не собирается сделать этот брак настоящим, так тому и быть. Я вообще жениться не хотел, и если она предпочитает избегать близости, я могу развлечься без неё. Мне не нужно, чтобы этот брак был счастливым. В любом случае он только для виду.
Я подождал, пока Ария уснёт, и вылез из постели. Уходить, пока она ещё не спит – значит открыто проявлять неуважение. В соответствии с негласным кодексом чести, мужчины старались держать в тайне от жен эту сторону своей жизни, даже если последние не против, что мужья развлекались на стороне.
Забрал мобильник и кое-какую одежду и спустился вниз. Меня преследовали отвращение и страх на лице Арии. Из-за них я казался сам себе похожим на отца. А это последнее, чего бы мне хотелось.
Дорога в клуб, чтобы подцепить бабу на ночь, теперь для меня заказана. Меня могут застукать папарацци, поэтому рисковать нельзя. Я отправил сообщение Грейс, хотя она уже порядком надоела.
«В квартире. Через полчаса».
