А он, молча, схватил ее за руку и потянул к себе. Необъятные поля ее шляпы задели его тюрбан, и он слетел с головы, обнажив светлые кудри. – Бен?
Бен притянул ее ближе. Она почувствовала тепло его дыхания у себя на губах.
А на другом конце лунной дорожки замедлил шаг другой обладатель тюрбана с голубым камнем. Его кулаки сжались, глаза налились кровью, но он развернулся и с улыбкой возвратился в танцевальный зал. Наконец в его голове все встало на свои места.
В это время женщина в бархатном платье, подсевшая к Каролине, обрушилась на нее:
– Дрянная, неблагодарная девчонка! До каких пор ты собираешься мстить моему мальчику?
Каролина сразу узнала высокий голос леди Янг.
– Добрый вечер, Аннабель. Я не понимаю, о чем вы.
– Ты специально притащила сюда Марка Гринберга? Чтобы позлить меня?
– Аннабель, мы с Марком встречаемся, и это сугубо мое и его дело.
Каролина хотела подняться, но сухая морщинистая рука леди Янг остановила ее.
– Ошибаешься, детка. Это очень даже мое дело. Еще года не прошло со смерти Хью, а ты уже встречаешься с его врагами. – Ее чахлая рука судорожно затряслась.
– Врагов, которых он сам себе нажил из-за собственной жадности.
– Ты шутишь? Жадности? – она залилась дребезжащим смехом. – Жадности надо поучиться у твоего женишка. Он нагрел моего сына и чуть не упрятал его за решетку. Слава Всевышнему, суд оказался умнее.
– Что такое вы говорите?
– А то, что Марк надул его с ливийским контрактом, вот о чем!
– Ты ей веришь?
Мир, так искусно сотканный Марком изо лжи, вмиг разрушился для нее.
– У меня нет никаких оснований не доверять ей. Она обещала прислать старые судебные документы, как только доедет до дома. – Каролина была спокойна, лишь уголки ее рта опустились.
– Ты его любишь? – Таш понимающе погладила ее по руке.
– Люблю? – усмехнулась Каролина. – По-моему, мы оставили это понятие глубоко в девятнадцатом веке. – Хью преподал мне отличный урок, после которого, боюсь, любить я смогу лишь себя. – Она ласково взглянула на Таш: – Ну и тебя. – Она чмокнула ее в щеку. – Пока не говори никому, хорошо?
– Хорошо, только ты тоже никому не говори, что Бен только что хотел меня поцеловать, – ее щеки залились розовым румянцем.
На этот раз лицо Каролины отразило всю гамму ее эмоций, глаза заискрились азартом.
–
Ты сумасшедшая! И что теперь?
–
Ничего. Я не позволила ему этого сделать…
Погода оказалась не по сезону теплой, и завтрак накрыли на террасе.
– Какой вчера был волшебный вечер, – мечтательно проговорила Таш. В глазах Филиппа на секунду сверкнула ярость, но, взяв себя в руки, он добавил:
– Удивительно, как все это время Катя умудрялась скрывать свой талант, – он сделал небольшой глоток кофе, – надо бы попросить ее помочь нам с Новым годом. – Улыбаясь, он обвел взглядом всех сидящих с ним за столом: – Вы все, естественно, приглашены. Комнат хватит на всех!
Таш смутилась. Приглашение в Гштад прозвучало как само собой разумеющееся, хотя она слышала об этом впервые.
– А я думала поехать в Африку на сафари, – попыталась было она возразить.
– Дорогая, – он нежно поцеловал ее в лоб, – на сафари мы можем поехать и в декабре, а Новый год давайте встретим вместе.
Его слова звучали вполне разумно.
– Отличная идея! Да и у Каролины теперь там свой дом.
Таш взглянула на Марка. Он протирал очки тряпочкой. И как это она раньше не замечала фальши в его елейном голосе? Утром леди Янг прислала Каролине сканы документов. Он действительно пытался засадить Хью за решетку. Уж от кого от кого, а от такого скромняги-ботаника она не ожидала подвоха. Пока Марк принимал душ, Каролина распорядилась, чтобы все ее вещи забрали из его пентхауса и переслали в Лондон. Как только все будет сделано, она сообщит ему о разрыве.
В отличие от большинства присутствующих почитателей кофе, Ник начал утро с бокала белого вина.
– Мы присоединяемся! Я закажу самолет! Только теперь придется выбирать, у кого остановиться. – Он сделал глоток и, покручивая бокал за ножку, констатировал: – Не самый плохой выбор!
*****
Ноябрьские деньки пролетели незаметно. Платформа МДЛ набирала обороты, и офиса в Ковент–Гарден, несмотря на то, что они расширились всего полгода назад, уже не хватало, да и каждый гвоздик там напоминал Таш о Лулу. Ее новая ассистентка, Давина, только что выпустившаяся из «Империал Колледж» и с юношеским рвением подходящая к каждому поручению, подыскала им отличный офис в Шордидже. Так что теперь Таш проводила дни на хипповом Востоке, а в консервативный Вест-Энд возвращалась лишь поздними вечерами. После приема маркиза Монтагю Филипп стал с ней как-то необычайно ласков. Забрасывал ее подарками, устраивал ужины-сюрпризы и потакал любой ее прихоти.