Алиша твердо уверилась в том, что перепишет предмет ее мечтаний на отрицательного героя с драматическим концом и погибать он будет очень много раз!
А тем временем парни добирались пешим прогулочным ходом до границы.
— Хорошенькая малышка, — высказал Аарон.
— Только попробуй к ней подойти, — прошипел Нейвуд.
— Она тебе нравится?
— Нет, она магиня и мелкая, а ее мать дружна с Кассандрой. Стало быть, семейство девчонки имеет неплохие отношения и с моей матерью, а мне лишние разговоры к Draxu. В общем забудь про нее.
— К твоему сведению, она отличается редкостной красотой. Кожа у нее изумительная, без единого изъяна. С места мне не сойти, если она не окажется бархатистой на ощупь. Да она просто бесподобна! К тому же у нее чудесная улыбка. Правда, я думаю, ей следовало бы улыбаться чаще. И аромат ее свежий, чистый… а глаза… они чисты, и так искренни, как у ангела.
— Еще слово и ты в нокауте, — рыкнул огненный не оборачиваясь.
— Тебя огорчает тот факт, что она не дракон? А всего лишь магиня?
Нейвуд промолчал.
— А вот мне было бы без разницы.
— Заткнись, — раздалось шипящее.
Аарон чему-то улыбаясь и иногда поглядывая на взъерошенного дракона шел и спокойно оглядывал все вокруг, а потом тихонько стал насвистывать незамысловатую мелодию, наигранную Иданом на гитаре.
Глава 18
На следующее утро супруга императора Алиэна, сидела на диване, сложив руки на коленях и долго молчала, глядя на мужа, затем подняла руку и вытерла слезы. Ей обо всем рассказал сам лично император. Алиэна клятвенно заверила супруга, что ни о чем не догадывалась и не была причастна к замыслам своего очень дальнего родственника Азила Вэр-Лироса, которому ее род был обязан практически всем, поэтому Алиэна и пришла во дворец с его подачи, где беспрекословно слушалась его наставлениям и напутствиям, и естественно не ожидала от него таких деяний и использование ее в своих целях. И теперь императрица поняла, что была марионеткой в его руках в борьбе за власть и вечных распрей между ним и Кассандрой. И на счастье Алиэны, что она оказалась истинной парой императора. Что касается камня, то императрица сделала чистосердечное признание, «что-да-брала», потому как была обуреваема ревностью. Император после этого долго и страстно целовал свою молодую жену пока она перышком не поплыла в забытье. Тарган испугался и позвал Мирьям. Алиэна была прощена за все что «сделала-не сделала-и даже еще когда-нибудь сделает». Вот так Император любил свою молодую жену подарившей ему золотого наследника.
Напуганная Алиэна тем, что творилось и в какой смертельной опасности оказалась, во всем слушалась и подчинялась супругу, а также долго беседовала с Мирьям, Ариной и Кассандрой у которой на руках был золотой наследник. Женщины в первый раз общались мирно, забыв про все свои разногласия и прошлую неприязнь друг к другу. И когда Алиэна узнала о жреце и, что она истинная, то расплакалась и долго не отпускала от себя Арину расспрашивая про нити и, когда наконец состоится ее венчание с императором по всем жреческим канонам. На что ей был дан ответ: как только она поправится, то непременно оно и состоится. Кассандра поведала Алиэне, что она истинная пара сына советника Шэт-Гара. Алиэна искренне порадовалась за Кассандру потому как поняла, что такое жизнь при дворе и, что простое женское счастье дороже всего на свете.
Алиэна искренне любила своего Таргана.
И пока женщины в покоях императрицы общались за утренним чаепитием ожидая приглашения на Совет, император готовился к заседанию, которое проводилось исключительно в узком кругу и касалось только старейшин глав Империи.
— Это ты, Шэрган? — спросил, Тарган не отводя глаз от окна. — Входи, я уже готов.
Со временем их привязанность друг к другу становилась все сильнее, а доверие императора к своему советнику — все глубже. Только Шэрган мог войти в спальню императора без стука, и только он один был способен сменить императорский гнев на милость, если кто-нибудь из дворцовых придворных совершал проступки, за которые их ожидало суровое наказание, так в свое время советник и Кассандра заступились за Ровуда Ин-Раша. При дворе Шэрган Шэт-Гар пользовался особым уважением. Советник нравился всем.
После того, как император оделся, умылся, позавтракал, они отправились в тронный зал с нетерпением ожидая старейшин. Крэй подошел к отцу, сидящему на своем троне возвышаясь над другими. Император кивнул, приглашая сына занять свое место рядом с ним по правую сторону. Главы старейшин не заставили себя долго ждать. Драконы, облаченные в камзолы своих цветов, вошли в тронный зал, практически, одновременно, приветствуя императора, приложив правую руку к сердцу, и смиренно склонили головы в десяти шагах от своего императора, а также приветствовали и главнокомандующего Аримии. Император милостиво улыбнулся и жестом пригласил рассаживаться.
— Пусть будет вечна Аримия и его Император! — раздался голос.
