Вы спрашиваете о моих болезнях? То была бессимптомная горячка, начавшаяся в желчном пузыре, возвращавшаяся целых четыре раза, поскольку я четырежды согрешил со своим питанием. 29 мая моя жена путем докучливых домогательств заставила меня полностью выкупаться. Она погрузила меня в ванную (поскольку она опасается общественных бань), наполненную хорошо нагретой водой; этот жар причинил мне страдания, мои внутренности стиснулись. 31 мая по привычке я принял легкое слабительное. 1 июня я пустил себе кровь, тоже в соответствии с привычкой; никаких острых заболеваний не было, даже подозрений на какие-либо не было, чтобы поступать таким образом, не имелось даже астрологических рекомендаций (…) После пускания крови несколько часов я чувствовал себя неплохо; но к вечеру кошмарный сон вновь устроил мне непроходимость кишок. И, конечно же, желчь тут же проникла мне в голову, минуя внутренности (…) Мне кажется, что я один из тех людей, у которых желчный пузырь открывается в желудок напрямую; такие люди, как правило, живут недолго (в письме к Д. Фабрициусу от 11 октября 1605 г.).
Даже без ипохондрии, у Кеплера имелись определенные причины к опасениям. Его покровитель – император сидел на очень нестабильном троне; хотя, говоря по правде, Рудольф очень редко восседал на нем, предпочитая скрываться от своих одиозных современников среди механических игрушек и часов, драгоценных камней и монет, реторт и алембиков. В Моравии и Венгрии шли войны и мятежи, так что казна была пустой. В то время, как сам Рудольф прогрессировал от эксцентричности к апатии и меланхолии, его брат кусок за куском отнимал у него владения; другими словами, окончательное отречение Рудольфа было всего лишь вопросом времени. Несчастный Кеплер, у которого отобрали его средства существования в Граце, уже видел грозящее ему второе изгнание, и уже начал еще раз потягивать за все возможные шнурки, вытягивать щупальца и хвататься за соломинки. Но его родичи-лютеране в любимом Вюртембурге не желали иметь ничего общего с их enfant terrible, Максимилиан Баварский, равно как остальные князья, притворились, будто не слышат его просьб. Через год после публикации Новой Астрономии мы видим Кеплера не способным проводить какую-либо серьезную работу, "мой разум в плачевной заморозке".
И вот тут-то случилось событие, которое не только растопило разум Кеплера, но и заставило его кипеть и булькать.
<p><strong>4. Великая новость</strong></p>В один из дней марта 1610 года, некий герр Иоганнес Маттеус Вакхер фон Вакенфелтс, личный Советник Его Императорского Величества, Рыцарь Золотой Цепи и ордена святого Петра, любитель философии и поэт, подъехал на собственной карете к дому Кеплера, и, пребывая в огромном волнении, попросил хозяина. Когда Кеплер спустился, герр Вакхер сообщил ему новость, которая только что стала известна при Дворе, что некий математик по имени Галилеус из Падуи направил голландскую подзорную трубу в небеса и через линзы увидал четыре новых планеты в дополнение к уже известным пяти.
Слушая эту любопытную историю, я пережил изумительное волнение. Я был тронут до самой глубины (…) [Вакхер] был переполнен радостью и нездоровым возбуждением; то мы оба смеялись над нашим смущением, затем он продолжал рассказ, и я внимательно слушал – и ей не было конца (…)
