Ваше письмо, о мой исключительнейший гуманист, которое вы написали 4 августа, я получил 1 сентября; и оно принесло мне двойную радость: во-первых, поскольку оно означает начало дружбы с итальянцем; во-вторых, из-за нашего согласия в отношении коперниканской космографии (…) Полагаю, что, как только вам позволит время, вы теперь получше ознакомитесь с моей небольшой книжкой, и я пылко желаю узнать ваше критическое мнение о ней; ибо это моя привычка, давить на всех, кому я писал, с целью узнать их непредубежденное мнение, и поверьте мне, я гораздо сильнее предпочитаю даже самую желчную критику со стороны одного просвещенного человека беспричинным похвалам простонародья.
Тем не менее, я бы желал, чтобы вы, обладая столь замечательным умом, заняли бы иную позицию. С вашей разумной склонностью к сохранению тайны, на которой вы акцентировали, по вашему примеру, вы предупреждаете, что следует отступить перед невежественностью мира, и что не следует запросто провоцировать ярость необразованных профессоров, в этом плане вы следуете за Платоном и Пифагором, нашими истинными учителями. Но подумайте вот о чем, что в наше время, поначалу сам Коперник, а после него и множество математиков предприняли массу усилий, показывая, что движение Земли уже не какая-то новость, нам следовало бы помогать в том, чтобы совместными усилиями подталкивать эту уже движущуюся повозку к месту ее назначения (…) Вам следует помогать вашим приятелям, которые трудятся под столь невыносимой критикой, давая им содействие своего согласия и и защиту вашего авторитета. Ведь не только одни итальянцы отказываются верить будто бы они находятся в движении, поскольку они его не чувствуют; здесь, в Германии, трудно быть популярным, придерживаясь того же мнения. Но имеются аргументы, которые защищают нас перед лицом подобного рода сложностей (…) Вы только верьте, Галилии (Galilii) и идите вперед! Если мои предположения оправданы, многие из выдающихся математиков, кроме пары-тройки, желают наследовать наше дело: такова сила Истины. Если ваша Италия кажется вам не столь предпочтительной для публикаций [ваших работ]Ю и ваше проживание там доставляет вам помехи, быть может, наша Германия позволит вам и печататься и жить свободнее. Но хватит уже об этом. Дайте мне знать, по крайней мере, лично, если вы не желаете высказывать этого публично, что вы открыли в поддержку Коперника…
