Кеплер, с другой стороны, у которого имелись причины считать себя обиженным молчанием Кеплера, мог быть легко спровоцирован раздуванием скандала со стороны Брюса и начать одну из тех полнокровных ссор между учеными, которые в те времена были делом обычным. Ведь Кеплер был подозрительным и достаточно легко возбудимым, как показали нам его отношения с Тихо. Но по отношению к Галилею он всегда вел себя на удивление благородно. Это правда, что они жили в различных странах и никогда не встречались лично, но ненависть, равно как и притяжение, способна действовать и на расстоянии. Причиной терпеливости Кеплера, возможно, было то, что у него не было случая почувствовать комплекса неполноценности в отношении Галилея.
Через год после эпизода с Брюсом, в октябре 1604 года, в созвездии Змееносца появилась яркая новая звезда. Она вызвала большее возбуждение, чем даже знаменитая nova Тихо 1572 года, поскольку ее появление совпало с так называемым великим соединением Юпитера, Сатурна и Марса в "пламенном треугольнике" – гала-представление, случающееся один раз в восемьсот лет. Книга Кеплера De Stella Nova (1606 год), в первую очередь, занималась астрологическим значением этой звезды; но он показал, что nova, как и предыдущая "нова" Браге, должна располагаться в "неизменном" регионе неподвижных звезд, тем самым забивая еще один гвоздь в гроб Вселенной Аристотеля. Звезда 1604 года до сих пор называется "новой Кеплера"[266].
Галилео м сам наблюдал новую звезду, но относительно нее ничего не опубликовал. По данному вопросу он прочел три лекции, из которых сохранились лишь фрагменты: да, он тоже отвергает утверждения сторонников Аристотеля, будто то был метеор или какой-то иное подлунное явление, но дальше этого он пойти не мог, поскольку его лекции в защиту Птолемея все еще были в ходу двумя годами спустя[267].
Между 1600 и 1610 годами Кеплер опубликовал свою Оптику (1604), Новую Астрономию (1609) и ряд мелких работ. В это же самое время Галилей трудился над фундаментальными исследованиями в области свободного падения тел, движения снарядов и законами качания маятника, но не опубликовал ничего, если не считать брошюры, содержащей указания по применению так называемого военного или пропорционального циркуля. Это было изобретением, сделанным в Германии лет пятьдесят назад, и которое Галилей усовершенствовал, как он совершенствовал и другие, давно известные технические приспособления. Из этой мелкой публикации (Le Operazioni delle Compasso Geometrico e Militare, Padova. 1606) развился первый из тщетных споров, с которым Галилею пришлось мучиться всю свою жизнь.
Начался он, когда математик по имени Бальтазар Капра из Падуи напечатал, через год после Галилея, еще одну брошюру с инструкциями по пользованию пропорциональным циркулем (Usus et Fabrica Circiui Cuiusdam Proporziones, Padova, 1607). "Инструкции" Галилея были изданы по-итальянски, Капры – на латыни; обе книжки относились к одному предмету, интересующему только лишь военных инженеров и техников. Похоже на то, что Капра чего-то позаимствовал из "Инструкций" Галилея, не упоминая автора; с другой же стороны, Капра показал, что некоторые из объяснений Галилея были ошибочными с математической точки зрения, но опять же – не называя его имени. Ярость Галилея была безграничной. Он опубликовал брошюру "Против клеветнических обвинений и надувательств Бальтазара Капры, и т.д. (Венеция, 1607), в которой этот несчастный вместе со своим учителем[268] были описаны как "эти злобные враги чести и всего человечества", "плюющиеся ядом василиски", "как просветитель, который питает юный плод своей ядовитой душой вместе с вонючими испражнениями", как "прожорливого стервятника, охотящегося на нерожденных детей, чтобы разодрать их тельца на куски" и так далее. Помимо того, от венецианского Верховного Суда он добился постановления о конфискации, по причине плагиата, "Инструкций" Капры. Даже Тихо в своих стычках с Урсусом не опускались до подобного языка торговок рыбой; а ведь они соперничали по предмету авторства системы Вселенной, а не какого-то там приспособления для военных инженеров.
