Никакого неудобства перед младшей сестрой Ольга больше не испытывала, потому что видела: Света счастлива в своем замужестве и материнстве. Племянница, названная Ксенией, тоже не вызывала ничего, кроме умиления. Она была похожа на Свету, а не на Олега, поэтому единственное неудобство было вызвано только настоятельной необходимостью не встретиться с бывшим любовником даже случайно.
В первые выходные Ольга уехала в город, прикрывшись необходимостью сходить в институт и отдать бумаги, касающиеся первого года работы. Родители отпустили ее без всякого подозрения, посетовав только, что придется отложить семейный ужин на всю семью.
Ольга покинула дачу в пятницу днем, потому что Олег приезжал по вечерам, после работы. А вернулась уже в понедельник утром, когда он уже точно уехал на службу. На вторые выходные проблема решилась сама собой – у Олега стояло суточное дежурство в субботу, а в воскресенье Света, оставив дочку родителям, сама съездила к нему в город – вечером их ждали на какой-то день рождения.
К третьим выходным Ольга совсем расслабилась, а потому безмятежно сообщила еще в четверг, что снова уедет в Москву, потому что хочет сходить в ресторан со своими подружками. Мама чуть-чуть огорчилась.
– Олюшка, но Олег приедет, надо же собраться всей семьей, что ты как неродная! Потерпят твои девочки, ничего с ними не случится.
– Пусть едет, раз ей надо, – довольно резко сказал отец. – Она уже взрослая, и не приставай ты к ней, Надя, со своими патриархальными глупостями.
Всю дорогу в электричке Ольга размышляла о том, что именно известно отцу, который считался хорошим опером и свой полковничий хлеб ел не зря. Около четырех часов она вошла в прихожую московской квартиры, убрала в холодильник привезенную с дачи снедь, без которой ее мама, разумеется, не отпустила, и устроилась на диване с телефонной книжкой в руках, чтобы действительно организовать девичник, – не терять же время попусту.
По домашним телефонам никто не отвечал, девчонки были еще на работе, и Ольга, не терпевшая праздности, решила протереть полы, по которым катались клочья белого тополиного пуха. Натянув шорты и футболку, она резво взялась за дело, сдувая со лба падающую челку. Квартира большая, так что есть где разгуляться.
От уборки ее отвлек неожиданный звонок в дверь. Не глядя в глазок, Ольга рванула ее на себя и застыла: перед ней стоял Олег.
– Ну что, так и будешь прятаться? – негромко спросил он. – Может, хоть поговоришь со мной? Я зайду?
Ольга молча отступила на шаг, и он зашел в квартиру, мгновенно заполнив собой немаленькую прихожую. Это был все тот же Олег, высокий, широкоплечий, красивый, любимый до последней веснушки на лице. Словно и не было года, прожитого в далеком Переславле. Школа, ученики, маленький Илья, его хмурый отец – все казалось далеким и размытым, словно старый диафильм. Олег притянул ее к себе. Мягко захлопнулась входная дверь, отрезая их от окружающего мира.
– Выпьешь чаю перед дорогой? – спросила Ольга, когда волшебство осталось позади, а впереди были лишь последствия того, что они совершили.
– Я никуда не поеду. А чаю хочу. И яичницу с колбасой. Сделаешь?
– Что значит – никуда не поедешь? Тебя же на даче ждут.
– Я сказал, что надо на дежурство, мол, коллега заболел. Меня уже никто нигде не ждет.
– А если отец проверит? Не боишься?
Олег пожал крепкими плечами:
– Он не проверит. Но если узнает, то никому не скажет. А если и скажет, мне наплевать! Я тебя люблю.
Они провели вместе ночь, всю субботу и последующую за ней ночь тоже. В воскресенье утром Ольга начала собираться на дачу. Олег, лежа на кровати, с любопытством смотрел на нее:
– Ты куда?
– На дачу, за вещами, а затем в Переславль.
– Зачем? – Он искренне не понимал, и Ольга даже мимолетно огорчилась, что он такой глупый. – Послушай, ну нам же хорошо вместе. Конечно, я не мог не жениться на беременной девушке, но сейчас, что нам мешает? Ксюшка уже родилась, я всегда буду ей помогать. Многие же разводятся, Оль!
– Я никогда не уведу из семьи отца моей родной племянницы, – отчеканила Ольга. – То, что мы сделали за эти два дня, – подлость. И я знаю, что буду расплачиваться за нее долго: бессонницей, тахикардией, слезами, – но причиной горя моей сестры я не стану! Вставай, Олег, мне нужно успеть на утреннюю электричку.
В Переславль она приехала в последний понедельник июня. Впереди был еще почти весь отпуск, который нужно куда-то деть. Школа оказалась закрыта на лето, в ней шел ремонт. Большинство коллег разъехались. Ноги сами собой понесли Ольгу к дому, где жили отец и сын Тихомировы, только и здесь было заперто.
– На юг они уехали, на море, – охотно пояснила соседка. – Сергей давно пацану обещал.
– Когда?
– В пятницу.
