Андриан почти незаметным движением смахнул со лба проступившие бисеринки пота. Тяжёлая у послов, всё-таки, работа, постоянно смазывать не подходящие друг к другу детали механизма, чтобы они, дернув острыми краями, окончательно не разрушили установившийся шаткий баланс всей системы. Наследники обоих кланов оказались с тем ещё характером. Как бы самого… не перемололо.
— Если не возражайте, — сказала Марика, заполняя своим голосом уже звенящую от напряжения тишину. — Я бы хотела предложить послушать наших чудесных девушек, превосходно играющих на думузах.
Никто не возражал, и Марика подала сигнал рукой одному из слуг, который тут же отправился за музыкантами.
Думузы, наши народные струнные инструменты, обычно издавали исключительно противные и унылые звяканья. Мохак хмурился, лицо Иллиана вновь приняло безмятежное выражение. Нам предстоял ещё очень долгий неприятный вечер…
— Напыщенный сукин сын, — процедил Мохак, когда важные гости удалились.
Я окинула взглядом его надменное выражение лица, и вздохнула. Отчего так часто людей сильнее всего раздражает в других именно то, что присуще им самим, и что они в упор не замечают?
— Следи за словами, братишка, — недовольно сказала Марика, — Между вами только молнии не сверкали. Мы хотим мира, или резни в поселке? Судя по всему, клан Нэндос воспринимает любого члена их правящей семьи за существо высшего порядка. Если кто-то из них услышит ругательства в его сторону, это может плохо кончиться. Всё и так не радужно, найти согласия по наиболее важным вопросам нам не удалось.
Маркений с женой уже удалился, сестрёнки Марики неторопливо доедали десерт, флегматично игнорируя её разговор с братом. На протяжении всего приема они играли роль не важнее, чем цветы в вазах.
Мохак вздохнул и повернулся ко мне:
— А ты молодец. Как запахло жаренным, быстро нашла выход.
Марика резко покраснела некрасивыми пятнами по своему холеному лицу:
— Мохак!!!
Странное чувство — тебя вроде бы хвалят, а тяжелый взгляд словно говорит о чем-то противоположном. Я выдавила кривую улыбку, неосознанно делая небольшой шажок назад.
— Я, кажется, уже ранее обозначил свою позицию по данному вопросу. — Наследник вновь на мгновение скользнул по мне взглядом, — У всех нас есть своё предназначение, и уклоняться от него недостойно. Союз с Нэндос уже давно был важен для нашего клана, мы лишь оттягивали неизбежное.
— Это поэтому ты так себя вел, словно следующим твоим шагом должна была быть драка? — язвительно спросила Марика.
— Ты… преувеличиваешь. Или мне следовало мямлить? О, дорогие достопочтенные гости, не желаете послушать жалобное бренчание расстроенной думузы? — В последнем предложении Мохак передразнил интонации своей сестры.
— Ну извини меня за то, что я родилась в этой семье женщиной! — вспылила Марика.
— Ну и не лезь тогда в дела мужчин! Хотела бы право голоса в этой семье — стала настоящей говорящей с духами. Но твоя роль до последних событий тебя максимально устраивала. Хотела лежать на подушках, ничего не делая, и при этом влезать в то, что тебя не должно волновать? Тебе определенно нужен муж, Марика! Когда появятся дети, у тебя будет куда приложить свою неуемную энергию. Хотя мне уже заранее жаль того бедолагу, которому не повезёт получить тебя в жены.
Красных пятен на щеках сестры стало ещё больше. Она, сжимая кулаки, яростно уставилась на брата, словно вот-вот кинется на него и вцепится ему в волосы. Мохак лишь слабо улыбался, явно не боясь её гнева.
— Всем доброй ночи, — наконец, зло выдавила Марика, и резко развернувшись, устремилась к выходу.
— А как же моя одежда?.. — запоздало спросила я, но девушка уже громко хлопнула дверью.
Прощайте, старые добрые джинсы. Моя «новая» семья с самого начала нашего воссоединения решила оставить меня без штанов.
— … Кто-нибудь из слуг завтра её принесет, — после вздоха, подал голос брат. — Иди домой, Лия. Уже поздно, и тебя сопроводят, провожатый уже ждёт у выхода.
Мне оставалось только попрощаться и с облегчением покинуть залу, в которой я провела несколько не самых приятных часов своей жизни. Как же всё-таки прекрасно, что конфликт моего отца и Маркения избавил нас в своё время от общества семьи дяди.
Не с первой попытки я нашла главный выход, жалея, что сразу не попросила меня проводить кого-то из слуг.
У ступеней при свете фонарей меня ожидал хмурый отлично вооруженный мужчина. И от кого меня так защищать?..
Я почувствовала, как лопатки прожег чей-то взгляд. Растерянно подняла голову и заметила в окне очертания темной мужской фигуры на втором этаже, которую подсвечивал слабый свет в комнате.
Стало как-то не по себе.
…Поселение давно спало, и дорогу освещали лишь редкие фонари, пространство между которыми изредка утопало в полной темноте. Погружаясь в неё, я начинала радоваться тому, что со мной отправили охрану, хотя умом и понимала, что вряд ли кто-то здесь вздумает на меня напасть.