И взявъ со стола свчу, она повела пристава въ уголъ кухни. Ну, хоть заржьте меня, а я никакъ не могъ удержаться, чтобы не послдовать за ними. Въ углу свалена была куча разнаго хлама, состоявшаго преимущественно изъ обломковъ стараго металла. Всякій разъ какъ случалось кораблекрушеніе, рыбакъ прибавлялъ къ своему хламу новые обломки, но выгоднаго сбыта этому товару еще не находилъ. Мистрисъ Іолландъ нырнула въ кучу и вытащила оттуда старый лакированный жестяной ящикъ съ крышкой и кольцомъ для вшанья; такого рода ящики употребляются обыкновенно на корабляхъ для предохраненія географическихъ и морскихъ картъ и другихъ подобныхъ бумагъ отъ вліянія сырости.
— Смотрите! оказала она. — Сегодня вечеромъ Розанна купила у меня точь-въ-точь такой же ящикъ. «Вотъ это какъ разъ годится для моихъ воротничковъ и рукавчиковъ,» сказала она, «они не будутъ такъ мяться въ немъ какъ въ сундук». И стоитъ-то всего одинъ шиллингъ девять пенсовъ, мистеръ Коффъ, продолжила рыбачка, — не сойдти мн съ этого мста, если я взяла съ нея хоть полпенни боле!
— Дешево продано, сказалъ приставъ, глубоко вздохнувъ. Онъ взвсилъ ящикъ на рук, и въ то время какъ глаза его разсматривали этотъ предметъ, мн послышалась дв-три нотки «Послдней лтней розы». Сомнваться доле было невозможно. Приставъ сдлалъ новое открытіе ко вреду Розанны, да еще въ такомъ мст, гд я считалъ ее наиболе безопасною. И все чрезъ меня! Судите сами, что почувствовалъ я въ эту минуту и какъ сильно упрекнулъ себя за свое неумстное посредничество между вамъ и мистрисъ Іолландъ.
— Да ужь будетъ вамъ, пора домой, оказалъ я.
Но не обращая на меня никакого вниманія, мистрисъ Іолландъ предприняла вторую экскурсію въ кучу хлама, и на этотъ разъ вытащила оттуда собачью цпъ.
— Взвсьте-ка ее на рук, сэръ, сказала она приставу. — У насъ было три такія цпи, а дв изъ нихъ взяла Розанна! «Ну, на что вамъ эти цпи, моя милая?» спросила я ее. «Если ихъ связать вмст, отвчала она, то он какъ разъ обойдутся вокругъ моего сундука.» — «Да веревка-то вдь дешевле,» говорю я. «А цпи надежне,» отвчала она. «Ну, слыханное ли это дло, чтобы сундукъ обвязывали цпями?» сказала я. «О, мистрисъ Іолландъ, не противорчьте мн,» отвчала она, «отдайте мн эта цпи.» Странная двушка, мистеръ Коффъ, сердце у нея золотое, а съ дочерью моею обходится какъ родная сестра, а все-таки чудна до крайности. Нечего длать, отдала я ей эта цпи, и всего-то за три шиллинга шесть пенсовъ. Какъ честная женщина, мистеръ Коффъ, за три шиллинга шесть пенсовъ!
— За каждую? спросилъ приставъ.
— Какое за каждую! За об! отвчала мистрисъ Іолландъ.
— Даромъ отдали, сударыня, оказалъ приставъ, покачавъ годовой. — Просто даромъ!
— Вотъ и деньги, сказала мистрисъ Іолландъ, опять подвигаясь бочкомъ къ маленькой кучк серебра, лежавшаго на стол, словно тянула ее къ ней какая-то непреодолимая сила. Жестяной ящикъ да собачьи цпи, вотъ все что она купила и унесла съ собой сегодня. Одинъ шиллингъ девять пенсовъ и три шиллинга шесть пенсовъ составляютъ пять шиллинговъ три пенса, которые, я прошу васъ передать бдняжк съ моимъ сердечнымъ привтомъ. Право, мн совстно лишать ее этихъ маленькихъ сбереженій, самой пригодятся со временемъ.
— А
— И вы дйствительно такъ думаете, сэръ? спросила мистрисъ Іолландъ, съ неожиданно просіявшимъ лицомъ…
— Къ чему же мн васъ обманывать, сударыня? отвчалъ приставъ. — Да вотъ спросите хоть у мистера Бетереджа.
Что было пользы спрашивать у
— Провалъ ихъ возьми, эти деньги! внезапно воскликнула мистрисъ Іолландъ, теряя всякую власть надъ собой; и накинувшись на серебро, она поспшно сунула его въ свой карманъ. — Право, зло разбираетъ, глядя, какъ тутъ же у тебя; подъ бокомъ лежатъ деньги и никто не хочетъ ими пользоваться, продолжила безразсудная женщина, съ шумомъ, кидаясь на свое мсто и бросая на пристава взглядъ, ясно говорившій: теперь, когда они опять попали въ мой карманъ, попробуй-ка ихъ достать оттуда, коли сумешь!
На этотъ разъ я не только направился къ дверямъ, но и въ самомъ дл вышелъ за порогъ. Объясняйте это какъ умете, только я испытывалъ ощущеніе смертельной обиды со стороны пристава и мистрисъ Іолландъ. Не усплъ я пройдти по деревн и трехъ шаговъ, какъ уже приставъ нагналъ меня.
— Спасибо вамъ за знакомство, мистеръ Бетереджъ, сказалъ онъ. — Я обязанъ жен рыбака совершенно новымъ, еще неизвстнымъ мн досел ощущеніемъ: мистрисъ Іолландъ сбила меня съ толку.
На язык моемъ уже вертлся рзкій отвтъ, по той причин, что будучи золъ на самого себя, я былъ озлобленъ и противъ пристава. Но услышавъ такое признаніе, явнутренно возрадовался, въ надежд, что вредъ, причиненный мной Розанн еще, быть можетъ, не слишкомъ важенъ. Однако благоразумное молчаніе сковало мои уста, и я ждалъ что скажетъ онъ дальше.
